Беседа с протоиереем Валерианом (Кречетовым), почетным настоятелем храмов Покрова Пресвятой Богородицы и Новомучеников и Исповедников Российских в с. Акулово Московской области.

 

– Батюшка, как правильно понимать конец 50-го покаянного псалма?

– Интересно, что «покаяние» (по-гречески «метанойя») значит перестройка, изменение внутреннего состояния; то, что должно происходить в человеке. Святой праведный Алексий Мечев замечательно говорил: «Когда ты не знаешь, как быть, представь себе, что на твоем месте Иисус Христос. Как бы он поступил?» То есть обрати свой взор к Евангелию. Его сын, священномученик Сергий Мечев, говорил, что нужно иметь устроение. У нас настроение, а здесь устроение,внутренний строй чувств, то есть дух. 

Замечательно, что везде существует троичность – дух, душа и тело. 

Кто немножечко знаком с музыкальным миром, знает, что есть гармония, мелодия и ритм. Дух – это гармония, строй, он может быть мажорным или минорным. Вообще, в музыке важны в первую очередь гармония и мелодия. Ритм – постольку-поскольку, в церковном пении он почти незаметен. А вот в миру, в мирской музыке ритм – это все. Насчет гармонии – сказать сложно, мелодии тоже часто непонятны. А ритм, то есть тело – на первом плане. 

Почему дискотеки – это музыкальные кладбища? Там одни трупы. Так, кстати, и говорят: играет такая-то труппа, то есть такие-то трупы выступают. Потому что это ритмическая, трупная музыка. О великий и могучий русский язык! 

Поэтому именно гармония, строй, дух – и есть самое главное. Мелодий может быть много, ритм тоже разный – один более плавный, другой – резкий. Сколько людей, столько путей. А дух должен быть один – Дух Божий. Господь сказал апостолам: «Не знаете, какого вы духа».

Святитель Николай Сербский в своей книге «Царев завет» описывает то, как князь Лазарь в последние свои минуты на Земле обратился к Ангелу: «Я уже на пороге этой жизни и до сих пор не знаю, что просить у Бога». Ангел сказал ему: «От начала и до конца, каждый день, каждый момент твоей жизни нужно просить двух вещей – прощения грехов и благодати Святаго Духа». 

В сущности, Ангел сказал то же, что и преподобный Серафим – Мотовилову: смысл жизни состоит в стяжании Духа Святаго, Божиего. Но для этого нужно сначала очистить сосуд, в который Дух вселяется. Поэтому мы говорим: «Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей… И да созиждутся стены Иерусалимские» (50-й псалом). 

Стены Иерусалимские – это воссоздание храма душевного. «Храм телесный весь осквернен». Больше того, когда причащается священник, читается молитва, где упоминается горний Иерусалим. Святый град Иерусалим был показан в откровении Иоанну Богослову. Это как раз и есть храм душевный, который человек должен очистить, чтобы потом в него вселилась благодать Святаго Духа. «Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей». 

– Как понуждать ребенка к совершению полезных дел для его духовного развития? Как сочетать наказание и поощрение?

– При воспитании детей нужно помнить простую истину: мы – соработники Богу и Ангелам. О них сказано в Катехизисе: «Ангелы – суть духи, посылаемые в услужение захотевшим наследовать спасение». Это и Ангелы Хранители, что даются нам при Крещении, и Ангелы – наши небесные святые, которые тоже ходатайствуют о нас, заботятся. 

Господь сподобил меня общаться с дальним родственником митрополита Филарета (Дроздова), который явился ему и сказал: «Ты много раз был избавлен от смерти (а он врачом был на войне). Ты ведешь такую воздержанную жизнь (он никогда в жизни не ел мяса, не пил не только вина, но и никаких крепких напитков, ни кофе, ни чая; естественно, не курил). Ты думаешь, это просто так? Я с самой колыбели слежу за каждым твоим шагом». Так что мы не знаем еще, кем мы оттуда ограждаемы. Поэтому мы – соработники. И нужно стараться, как сказал митрополит Питирим, не мешать Богу. 

Есть одно изречение святителя Филарета: «С советом можно идти только в открытую дверь, в закрытую дверь можно стучаться с молитвой». То есть ждать, когда Господь эту дверь приоткроет, когда человек сможет услышать. Эту истину в древности изрекали такими словами: мудрый молчит до времени, безумный говорит без времени. Когда чувствуете, что человек не слышит, раздражен, не способен воспринимать, значит, нужно подождать. Есть такое изречение: отвечать прежде вопроса – безумие. И если этот вопрос не возникает, а ты пытаешься ему внушить, – может быть, ты стучишься в закрытые двери. Но тогда нужна молитва. 

Больше того, если что-то не получается, то нужно вспомнить свои грехи, свои немощи, просить помощи Божией. Потому что начинать нужно с себя. Помню замечательный случай, детское изречение (они иногда как скажут – припечатают; мне как-то мысль приходила, что нужно составлять детский патерик…) Так вот, папа раздражается, у него шесть человек детей, они не слушают, а один ребенок говорит: «Папа, ты не ругай его. Лучше помолись за него и скажи «Господи, прости меня». Какая логика в детском рассуждении – трудно понять. Но верно. Потому что, как говорил отец Иоанн (Крестьянкин) одному рабу Божиему: «Ну что ты хочешь сделать из своего ребенка то, что из себя не мог сделать». 

Семья протоиерея Валериана Кречетова

Семья протоиерея Валериана Кречетова

Каждый человек имеет свой внутренний мир, и что в нем происходит – ведомо одному Богу. Поэтому нужно стараться прислушаться к голосу Божию, когда говорить, а когда – нет. Ловить момент. Ведь даже жена не будет о чем-то просить, если муж раздражен; она подойдет, когда тот в настроении. Так же и к ребенку. Когда дети раздражены, они ничего не слышат. «Не обличай безумного, да не возненавидит тебя». Еще и возненавидит. А когда они в спокойном состоянии, тогда могут что-то слышать. Я вспоминаю свой собственный скромный, так сказать, опыт. Четыре мальчишки дрались, это естественно. И вот перед сном они уже спокойные, я говорю: «Вот смотрите, вы лежите, игрушки лежат. Ведь не деретесь. А почему дрались-то? Отнять – сила нужна, а уступить – смирение». Через некоторое время, смотрю – двое схватились, я говорю: «У кого смирение-то есть?» Они раз, и отпустили друг друга. Потом как-то один у другого отнял игрушку, а тот на кроватке сидел, и чтобы не упасть, вынужден был отпустить, иначе бы свалился. Но говорит: «А у меня осталось смирение».  

Учить можно, когда они слушают. Очень хорошо еще и помолиться, прежде чем что-то сказать. Мы ведь семя сажаем не тогда, когда захочется, а когда почва подготовлена, когда оно может прорасти. Так же и с душой. 

Как сочетать наказание и поощрение? И то и другое имеет одну цель – чтобы человек что-то уразумел. Но желательно ребенку объяснять не с точки зрения сиюминутной выгоды: ты сделаешь, а я тебе тогда что-то дам. Лучше раскрывать перспективную пользу, чтобы дети понимали. 

Я как-то пришел к своей дочери – а там драка ссора детей, когда они еще были маленькими. Я говорю: «Валя (а это мой тезка, Валерьян Михайлович), что у человека нельзя отнять?» Он смотрит внимательно, начинает реже дышать. Говорю: «Знаешь, деточка, умение не отнимешь. Вот что нужно приобретать. У тебя инструмент отняли, а играть на нем не умеют, толк какой? Нужно не иметь, а уметь». Он потом отцу говорит: «Как дедушка интересно сказал, разница – в одной букве…» Я и школьникам задал этот вопрос: «Что у человека нельзя отнять?» Они говорят: «Душу». – «А еще?» – «Ум». – «Правильно. Еще что?» Тут пауза. Потому что дело касалось труда. Говорю: «Мастерство». 

Нужно показать перспективу. Я детям объясняю: «Послушание – это выработка силы воли». Если не станешь слушаться – будешь безвольным человеком. Кстати, из армии мальчишки приходят подтянутые. Встать, смирно, пошел. Смотришь, он этот навык – слушаться – приобретает. 

В святоотеческой литературе есть такой пример: когда один раб Божий захотел быть мучеником, ему поставили условие: приходить на богослужение раньше всех, уходить позже всех. Это он выполнял. Потом второе: никогда не засыпать на бдении (а оно длилось несколько часов, может быть, 10). И это он выполнял. А третье: когда тебя будет комар или какое-нибудь насекомое кусать – не чешись. Он сказал: «Вот это не могу». «Ну тогда мучеником еще не можешь быть». 

– Понятие исповеди накануне причастия у разных священников разнится. Это «вчера» или за один–два–три дня до причастия? 

– Обычно исповедуются накануне вечером, потом утром причащаются; за несколько дней как-то у нас не принято. Вообще исповедь и причастие – это вещи, которые у нас соединены. Но в других церквах немножечко по-другому. Как бы то ни было, обязательно нужно исповедоваться. Священномученик отец Сергий Мечев это особенно подчеркивал: самое главное в жизни – это покаяние. Потому что, конечно, выше Причащения ничего нет. Но дело все в том – а причастишься ли ты? Ведь, как говорится в молитве, «да не в суд или во осуждение будет мне Причащение…»А если в осуждение? Поэтому очень важно обращать внимание на покаяние, на исправление, на намерение исправиться. А причастие уж – как сподобишься. Если забыл что-то сказать на исповеди, когда причастишься, можно покаяться, просить у Бога прощения. 

– Как быть, если духовный наставник рекомендует женщине идти работать в трапезной храма, а муж, некрещеный, не согласен. Он полагает, что жена может найти себе более подходящую работу в соответствии с полученным образованием и имеющимся у нее опытом работы. Кого слушать жене в первую очередь? 

– Вообще, если человек получил какое-то образование, желательно, чтобы он в этой области и потрудился. 

В отношении трапезной храма – знаете, тут вопрос очень тонкий, так как на работу женщины обычно сбегают из дома. Та же самая трапезная на своей кухне – сложнее, чем в церкви. Это точно. В трапезной ты вроде что-то делаешь, при храме, а тут – одни кастрюльки. Но выше, может быть, как раз то, когда ты трудишься дома. 

Ну и конечно, должно быть согласие между мужем и женой. Вы знаете, я вспоминаю такой случай, когда жена тоже начала усердствовать, а муж стал раздражаться. Я сказал: «Знаете, пока в доме все не будет сделано, никаких других подвигов не нужно». Она послушалась. Через некоторое время муж не только успокоился, а стал тоже в церкви помогать. Так что все-таки нужно соблюдать иерархию ценностей. Есть домашняя церковь, в которой, прежде всего, и нужно трудиться. И женщина на этом поприще приносит очень большую пользу. 

Поэтому я думаю, что, во-первых, нужно согласование с мужем. Все-таки Господь сотворил сначала мужа, а потом жену. Поэтому иерархия эта от Бога, а не от нас. Кого слушать жене в первую очередь? Я думаю, настоящий духовный наставник не потребует делать что-то вопреки мнению мужа. Я, например, всегда спрашиваю: «А как дома?»

Записала Ольга Каменева

Публикуется с сокращениями

 

Комментарии закрыты