Каждое Причастие должно быть Пасхой,
или Встреча с воскресшим

Имя Анастасий с греческого языка переводится как «воскресший». Для читателей пасхального номера мы подготовили беседу с Афонским старцем Анастасием (Топозиусом). Насельник святогорского монастыря Кутлумуш, иконописец, художник и писатель, пишущий в разных жанрах и для разной аудитории, в частности для детей, по приглашению главного редактора журнала «Покров» игумена Киприана (Ященко) приехал в Москву и встретился со слушателями Высших Богословских Курсов МПДА.

Отец Анастасий – ученик всеми нами любимого теперь уже преподобного Паисия Святогорского. 20 лет отец Анастасий жил рядом со святым, общался с ним, усваивая его практическое богословие для всех. Оттого и наша встреча началась с такого неожиданного для нас вопроса:
– Вы хотите, чтобы я выступил перед вами, или, может быть, выключим свет и помолимся часочек? – спросил у нас отец Анастасий.
– Давайте! – тут же кто-то согласился на эксперимент.
Желающие все-таки послушать, что скажет афонит, поинтересовались:
– А можно и то и другое?
– Нет, и то и другое не получится, – ответил практик молитвы.
– Батюшка, вы помолитесь о нас! Сейчас или лучше на Афоне, – сказали мы, еще не предвидя, что этот вечер, собственно, и проведем, как на Афоне.
Афон – там, где есть настоящий молитвенник.
– Однако когда ты молишься за кого-то, необходимо, чтобы человек тоже «трубку телефона» поднимал. Потому что когда звонишь-звонишь и никто не отвечает, ничего не получится. Если я буду молиться, а вы будете безучастны, ничего не произойдет: телефон будет звонить, звонить, звонить…
Как и преподобный Паисий Святогорский, его ученик отец Анастасий постоянно обращался при изъяснении самых высоких богословских истин к современным образам. Даже об исихазме он смог поговорить на примере телевидения и кинематографа…

Монастырь Кутлумуш

– Отец Анастасий, известно, что весь материальный мир является визуализацией того, что происходит или может происходить с нашими душами. Это как учебник, данный нам от Бога, чтобы мы смотрели и учились. А то, что создано уже самим человеком (телевидение, кинематограф, например), тоже можно, получается, рассматривать в качестве такого иллюстративного приложения к духовному миру?
– Вас интересует, какую связь может иметь исихазм, например, с кинематографом? Казалось бы, это непересекающиеся параллельные миры, да? Однако существует духовное телевидение! На Афоне это самый распространенный вид телевещания. Старец Паисий говорил: «Я зажигаю свою печку на Афоне, смотрю на нее – и для меня это телевизор. И смотря в этот духовный телевизор, можно увидеть себя, можно увидеть своего брата, можно увидеть святых, можно увидеть весь мир». Игумен Киприан вспомнил как-то, что его мама говорила: «В тишине рождаются великие вещи». Я ему сказал: «Ночью рождаются великие вещи».
Духовная традиция создается и сохраняется прежде всего благодаря молитве, которая непрерывно совершается на Афоне, молитве за весь мир. Эта молитва может совершаться и в вашем сердце. Все мы, христиане, призваны стать исихастами. Мы говорили о том, что все хорошее происходит ночью, так вот запоминайте, что каждый вечер, когда вы ложитесь спать, 3000 монахов на Афоне просыпаются, чтобы начать молитву за весь мир. Каждый раз, когда вы ложитесь спать и другие люди начинают другого рода бодрствование, то есть походы по барам, дискотекам, на Афоне монахи просыпаются и будут бодрствовать всю ночь, чтобы своей молитвой поддержать современный мир.
– Отец Анастасий, говорят, Господь придет судить мир ровно в 12 часов ночи. «Се Жених грядет в полунощи…» В какое время ночи лучше молиться православным мирянам, имеющим благословение на ночную молитву?
– Ответ в самом вопросе. Если у вас есть благословение, вам сказали, когда нужно молиться. И спрашивать у одного старца, потом у другого незачем. Потом вы будете говорить, что отец Анастасий сказал вам так, а отец Киприан эдак, а отец Игорь еще что-то добавил. В конце концов будет салат оливье или греческий салат, знаете такой: там и сыр фета, и помидорчики и все-все-все…
– В следующем году будем праздновать 1000-летие русского присутствия на Афоне. Как взаимосвязан Афон и Россия? Как эта взаимосвязь чувствуется вами – афонитами?
– Афон и Россия с точки зрения географии находятся на большом расстоянии друг от друга. У нас, греков, единоверных братьев, с одной стороны, есть ваша родина, которая нам несет надежду, с другой – у нас есть умытая солнцем наша благословенная Греция с большим количеством мест для паломничества. В тот день, когда я уезжал с Афона, чтобы приехать в Россию, на Афон приехали 700 русских! Это и есть залог возрождения наших стран – он только в приобщении к духовной традиции! А духовная традиция у нас одна и та же.
Исихазм, зародившись на Афоне, развивался в России. Здесь он стал основой тех духовных подвигов, результатами которых мы восхищаемся в России. Простите меня, пожалуйста, я не могу сдержать слезы, я первый раз сюда приехал и увидел ваши святыни русские. Я понял, почему и как Русь стала святой. Афонский исихазм в том виде, в котором его унаследовали ваши святые отцы, это есть и наши духовные корни. Если отрубить корни, то все дерево усохнет. Исихазм – это и есть та основа, на которой создается современная жизнь на Афоне, в Греции, в России и во всем мире, который верует во Христа.
В духовной жизни мы, несмотря ни на какие тысячи километров, находимся очень близко друг от друга. Однако на нашей духовной границе всегда ведется борьба. Это хорошо. Потому что когда мы начинаем ссориться, мы тесно соприкасаемся друг с другом и примиряемся, идем дальше вместе. Почему? Потому что между нами существует покаяние, которое является величайшей точкой исихазма.
Наши духовные связи и наша общая духовность не может быть никак зафиксирована или отмежевана с помощью географических рамок, но только через вселенскость нашей Церкви, через наших вселенских святых, которые объединяют нас, мы можем постигнуть, насколько мы друг другу близки. Сама вера, православные догматы объединяют людей, несмотря на то что они могут находиться далеко. Святой Дух с помощью Своей печати ставит на нас Cвою печать, и мы с вами сейчас разговариваем на совершенно разных языках, но поскольку мы имеем общую веру и объединены в Духе Святом, мы можем с вами спокойно общаться. В духе исихазма мы с вами можем общаться, даже невзирая на расстояния. Если бы я сейчас был на Афоне, а вы здесь – в духе исихазма мы смогли бы общаться! Чтобы вы это поняли, я вам расскажу одну историю.

Отец Анастасий – ученик всеми нами любимого теперь уже преподобного Паисия Святогорского.

Старец Тихон, духовный наставник преподобного Паисия Святогорского, был русским. Он всю свою жизнь прожил на Афоне. Стал иеромонахом-великосхимником. Только в последние годы жизни у него появился послушник – старец Паисий. Когда отец Тихон начинал Божественную Литургию, он все никак не мог ее закончить. И знаете почему? Старец Паисий рассказывал, что он, когда отец Тихон служил, пел на клиросе. Пел и пел. А потом смотрит: а старца Тихона там уже нет! Так однажды во время Херувимской песни отец Паисий увидел, что старца Тихона нет. Представляете, вот кадило (отец Анастасий встает, показывая, как будто он держит кадило. – Ред.), а самого старца Тихона нет! Даже руки, которая держит кадило, не видно! Тут раздается голос старца Тихона: «Паисий, а где Париж?» – «Там», – указал ошеломленный отец Паисий и видит: как кадило поворачивается и начинает кадить в ту сторону (отец Анастасий все это показывает, изображая кадило, поворачиваясь и начиная кадить в сторону Парижа. – Ред.). А дальше старец Тихон вновь стал видимым и зашел в алтарь. Думаю, больше не надо ничего говорить, остальное вы поймете сами. Вот что значит настоящая жизнь – жизнь исихастов!
Наши параллельные пути – России и Афона – и все те связи, которые были созданы в течение многих сот лет между нами, не напрасны! Они основа нашего общего возрождения. Но главное – мы не должны уходить из Церкви. Потому что Церковь – это Тело Христово и наша Глава – Христос, Он никогда не ошибается. Люди делают ошибки, даже Патриарх, и владыки, и я, – все мы делаем ошибки. А Церковь, руководимая Духом Святым, – нет.
Когда святитель Иоанн Златоуст был изгнан в Абхазию, его ученики прислали ему послание, в котором говорили, что Патриарх Астерий стал монофизитом. Они ему сообщали: «Мы уходим из Церкви». А святитель Иоанн Златоуст им ответил: «Вы не уйдете, это Астерий рано или поздно уйдет. А вы должны остаться в Церкви, потому что Церковь – это Тело Христово». Есть всякие люди, которые придерживаются разных учений: анти-такие, анти-сякие, всякого рода анти-, – вот они и уходят. Потому что пытаются создать какое-то «духовное течение», которое уводит неискушенных из Церкви.
Вы знаете, очень часто тот Бог, в которого мы верим, может не существовать. То есть тот Бог, которого мы сами выдумали, цепляясь за множество мелочей, думая, что за ними-то и спрятан «тот самый наш Бог». Старец Паисий говорил: «Все, что делает Церковь, не может быть ошибочным». Я хочу сказать, что тот Бог, в которого каждый из нас индивидуально верит, представляя Его согласно своим индивидуальным особенностям, может и не существовать, а тот Бог, в Которого верит наша Церковь, конечно, существует – Бог Спаситель мира, и мы приобщаемся к Нему через Божественное Причастие.
– Можно ли сказать, что каждое Причастие является Пасхой, когда мы воскресаем от всех наших ошибок и грехов для жизни вечной с Господом?
– Конечно! Во время Божественного Причащения вы должны чувствовать Причастие всей своей кожей, всем своим нутром. Когда мы причащаемся Тела и Крови Христовой, тогда в нашей крови течет Кровь Христа. Я по воскресеньям выезжаю с Афона, езжу в маленькую деревушку в Халкидиках, там нет в церкви священника, я там служу. Бабушки приводят туда своих внуков на Причастие, и они называют Причастие маленькой Пасхой. (По-гречески Пасхалица – маленькая Пасха, а еще это уменьшительно-ласкательное слово можно перевести как «божья коровка». И отец Анастасий говорит переводчице Ксении: «Смотри не переведи это «божьей коровкой», называй маленькой Пасхой!» Отец Анастасий вообще, как выяснилось в ходе беседы, знает много русских слов, фраз. Он знает даже песенку русских детей: «Божья коровка, полети на небо…» – Ред.)
Я действительно желаю вам от всего сердца, чтобы каждое Причастие для вас было Пасхой. У меня сегодня такой прекрасный день. Я очень тронут вашим благочестием. Мы сегодня с игуменом Киприаном ездили к святой Матроне. Там спросили женщину, которая стояла в очереди: «Сколько вы ждете?» Она сказала: «Два часа». Разве такое благочестие может быть напускным? А в Греции такую искренность и рвение уже практически невозможно встретить. Мы сейчас катимся совершенно в другом направлении. Может быть, в очереди стоять вас научила Октябрьская революция? И весь тот духовный голод, который последовал за ней? Но нужно всегда понимать: все, что мы делаем, это не напрасно, любой наш шаг к Богу меняет жизнь не только нашу, но и всех, кто окружает нас. Может быть, даже тех, кто будет жить тысячелетия спустя…
На Афоне в монастыре Симонопетра есть десница святой Марии Магдалины, которой она пыталась прикоснуться ко Христу. Эта десница нетленная, кожа на ней нетленная, имеет постоянную температуру 36,6°. Можно ставить термометр. Именно этой рукой она держала благовоние, когда шла ко Христу, когда пошла найти Его Тело после Его смерти на Кресте. И что она нашла? Воскресение! И через исихазм, через тишину мы можем найти воскресение. Мир всем!
– То есть афонские монахи – это те, кто уже сейчас живет в вечном восьмом дне воскресения? А так как, вы сказали, все христиане призваны к исихазму и каждое Причастие должно быть для нас Пасхой, то и мы могли бы жить точно так же?
– Жизнь монаха всегда есть радость. Для любого человека, не только для монаха, если в жизни нет радости, значит, нет никакого смысла существовать. А радость – это воскресение. Другой подлинной радости нет на земле. Как можно жить после Воскресения Христова? Можно жить только в состоянии полного воскресения!
– Как печалиться о своих грехах и вместе с тем быть в радости?
– На богослужениях Страстной седмицы говорится, что мы не можем радоваться о грехах. Нельзя радоваться о грехах. Радость приносит только покаяние. Потому что это есть жизнь настоящая.
– Объясните, что такое покаяние. Как обрести чувство покаяния? Как раскаяться в своем окаянстве и обрести любовь?
– Давайте мысленно читать Евангелие. Некоторые люди пошли к Иоанну Крестителю и спросили у него, что нужно делать, чтобы спастись? Он им сказал: «Каяться, потому что близится Царствие Небесное». Воскресение! Пришли солдаты и спросили: «А нам что делать?» – «Не клевещите на своего ближнего». Потом пришли и мытари, спросили: «А нам что делать?» – «Не берите больше того, что предписывает закон». Потом пришли фарисеи. И сказали: «Ты что тут делаешь? Ты знаешь кто мы такие? У нас отец Авраам». Он сказал: «Из этих камней Господь сделает Своих детей. А вы будете детьми гадюки».
Чтобы пояснить, расскажу вам несколько историй.
Архиепископ Анастасий (Блаженнейший Архиепископ Тиранский и всей Албании, Митрополит Тирано-Дуррес-Елвасанский. – Ред.) построил в Тиране огромный храм Воскресения. Первый раз, когда он туда зашел, его забросали камнями. Уходя, он сказал: «Я из этих камней сделаю церковь».
Любовь покрывает все. Я был очень маленьким ребенком. В 3–4-й класс ходил средней школы. Тогда я впервые познакомился со старцем Паисием и понял, что любовь – это не добродетель. Любовь – это Бог. Тот, кто с Богом, имеет любовь. Любовь – это не какое-то завоевание, которое можно стяжать, захватить, присвоить себе. Когда ты живешь в Боге, ты чувствуешь, что тебе все послушно, потому что ты послушен Богу.
Мы стояли как-то в Панагуде за дверью, ждали старца Паисия. У него была консервная банка со сгущеным молоком, и он открывашкой ее открывал. У него там была еще какая-то мелкая посудина, он поставил ее на землю и вылил молоко туда. И я сам лично, своими глазами видел, как к этой посудине подползли две благодарные змеи и выпили это молоко. И уползли, катясь клубками. Он жалел даже змей, томившихся жаждой! Его любимый святой Исаак Сирин говорил: «Главное, чтобы сердце пылало за всю вселенную, за весь мир». Так можно приобрести любовь, находясь в объятиях Бога, нашей Церкви.
Я этому еще только учусь. Вот старец Паисий никогда не убирал паутину в своей келье, чтобы не ссориться с пауком. А у меня в келье на Афоне 10 кошек, потому что я живу на горе и у нас очень много змей. Я не хочу ссориться со змеями и позволяю за меня ссориться со змеями моим кошкам.

Отец Анастасий – ученик всеми нами любимого теперь уже преподобного Паисия Святогорского.

– Расскажите о старце Паисии Святогорце. Какой он был человек?
– Я не буду вам говорить о старце Паисии. Я вам расскажу об Антонии Великом. Жили-были три монаха, которые решили каждый год встречаться с Антонием Великим. Один был высокий, другой поменьше, а третий был совсем маленький. Высокий пришел и очень много говорил, тот, кто был пониже, говорил меньше, а маленький совсем молчал. И это было три–четыре раза, три–четыре года подряд они приходили, и все повторялось. Через три года Антоний Великий говорит самому низенькому: «Ты три года приходишь ко мне, ты ничего не хочешь сказать?» И тот ответил: «Мне достаточно тебя видеть, отче». Вот так и со старцем Паисием. Ты к нему подходил – и у тебя больше не существовало вопросов. (Отец Анастасий написал книгу о старце Паисии, которая называется «Афонские диптихи»; когда она выйдет, вы найдете в ней ответ на этот вопрос. – Ред.)
– Какие советы для спасения чаще всего давал преподобный Паисий?
– Это вопрос к отцу Киприану. Он же паисиолог! Старец Паисий говорил: все спасение в Церкви. В Церкви можно найти и Париж, и Москву, и Афон. Вы знаете, сколько раз по благословению Пресвятой Богородицы я приеду сюда в Москву? Поэтому вместо того чтобы задавать эти вопросы, напишите записки, чтобы я вас поминал с вашими сродниками на Афоне. Чтобы все мы были в объятиях у Господа, весь мир.
– Отец Анастасий, расскажите, пожалуйста, о чудесах, которые случались с момента вашего появления на Святой Горе.
– А какие чудеса вам нужны? Что, прозрение слепого? Как парализованный встает? Или само по себе не чудо, что мы существуем? Что Господь нас любит. Что Он не расстраивается, что нас создал. Что мы живем в Церкви. Что мы причащаемся. И у нас есть Тело Христово в нашем тленном теле, и вечная Кровь Христова в нашей нестойкой к изменениям времени крови. Какие еще чудеса вы хотите?
– Отец Анастасий, а как почувствовать себя на Афоне?
– Афон – Удел Богородицы – является очень важной частью земли, на которой каждый день по Благодати Божией, под покровом Богородицы совершается молитва. И там продолжает существовать и развиваться направление, которое мы называем исихазмом. Но эта таинственная жизнь Духа открыта не только тем, кто населяет Святую Гору Афон. В физике есть понятие сообщающихся сосудов. Если мы нальем воду в один сосуд, то во всех сосудах уровень жидкости будет одинаков. Именно это происходит и в Церкви. Христос не мерою дает Духа. Дело только за нами. Каждый из нас получает ровно столько, сколько сам готов отдать. Сколько вы уделяете своей жизни Христу? 70% – себе и только 30% – Христу? Значит, 30% вы и получите в ответ, а 70% вы потеряли! Это процентное соотношение и показывает степень вашего пребывания на Афоне. Потому что Афон – это не география, Афон – это состояние сердца. Нужно отдавать все 100% себя, чтобы получить 100% Благодати Духа Святаго. Только в этом случае, когда у нас все, что может дать этот мир, закончится, у нас еще будут силы и возможность засунуть руку в карман Бога и взять то, что нам нужно. Я хотел бы, чтобы вы с помощью молитвы нашей Пресвятой Богородице и святым, которые жили в исихастской традиции, достигли того состояния, при котором могли бы отдавать себя Христу на все 100% – и получать соответственно.
Христос Анести!

Комментарии закрыты