18 апреля отмечается День победы русских воинов князя Александра Невского над немецкими рыцарями на Чудском озере в 1242 году – Ледовое побоище. Святой благоверный князь Александр Невский издавна особо почитаем русскими людьми. Полководец и дипломат, великий государственный деятель Руси XIII века – таким он вошел в отечественную историю. Множество храмов было посвящено великому князю в России. Многие замечательные деятели русской культуры увековечили образ святого князя.

Николай Костомаров (1817–1885), историк, публицист, общественный деятель:
«XIII век был периодом самого ужасного потрясения для Руси. С востока на нее нахлынули монголы с бесчисленными полчищами покоренных татарских племен, разорили, обезлюдили большую часть Руси и поработили остаток народонаселения; с северо-запада угрожало ей немецкое племя под знаменем западного католичества. Задачею отечественного политического деятеля того времени было поставить Русь по возможности в такие отношения к разным врагам, при которых она могла бы удержать свое существование. Человек, который принял на себя эту задачу и положил твердое основание на будущие времена дальнейшему исполнению этой задачи, по справедливости может назваться истинным представителем своего века. Таким является в русской истории князь Александр Ярославич Невский.

Отрочество и юность его большею частью протекли в Новгороде. Отец его Ярослав всю жизнь то ссорился с новгородцами, то опять ладил с ними. Несколько раз новгородцы прогоняли его за крутой нрав и насилие и несколько раз приглашали снова, как бы не в состоянии обойтись без него. Князь Александр уже в молодых летах подвергался тому же вместе с отцом… С 1236 года начинается его самобытная деятельность. Отец его Ярослав уехал в Киев; Александр посажен был князем в Великом Новгороде… Вскоре важный подвиг предстоял ему».

Николай Карамзин (1766–1826), историк, литератор:
«Сила Батыева несравненно превосходила нашу и была единственною причиною его успехов. Напрасно новые историки говорят о превосходстве моголов в ратном деле: древние россияне, в течение многих веков воюя или с иноплеменниками, или с единоземцами, не уступали как в мужестве, так и в искусстве истреблять людей ни одному из тогдашних европейских народов. Но дружины князей и города не хотели соединиться, действовали особенно и весьма естественным образом не могли устоять против полумиллиона Батыева: ибо сей завоеватель беспрестанно умножал рать свою, присоединяя к ней побежденных. Еще Европа не ведала искусства огнестрельного, и неравенство в числе воинов было тем решительнее. Батый предводительствовал целым вооруженным народом: в России жители сельские совсем не участвовали в войне, ибо плодами их мирного трудолюбия питалось государство, и казна обогащалась. Земледельцы, не имея оружия, гибли от мечей татарских как беззащитные жертвы: малочисленные же ратники наши могли искать в битвах одной славы и смерти, а не победы. Один Новгород остался цел и невредим, благословляя милость Небесную и счастие своего юного князя, Александра Ярославича, одаренного необыкновенным разумом, мужеством, красотою величественною и крепкими мышцами Самсона. Народ смотрел на него с любовию и почтением; приятный голос сего Князя гремел как труба на Вечах. Во дни общих бедствий России возникла слава Александрова.

Въезд Александра Невского во Псков

Въезд Александра Невского во Псков

Ливонские рыцари, финны и шведы были неприятелями Новагорода… Король шведский, досадуя на Россиян за частые опустошения Финляндии, послал зятя своего, Биргера, на ладиях в Неву, к устью Ижеры, с великим числом шведов, норвежцев, финнов. Сей вождь опытный, дотоле счастливый, думал завоевать Ладогу, самый Новгород и велел надменно сказать Александру: «Ратоборствуй со мною, если смеешь; я стою уже в земле твоей». Александр не изъявил ни страха, ни гордости послам шведским, но спешил собрать войско; молился с усердием в Софийской церкви, принял благословение архиепископа Спиридона, отер на праге слезы умиления сердечного и, вышедши к своей малочисленной дружине, с веселым лицем, сказал: «Нас не много, а враг силен; но Бог не в силе, а в правде: идите с вашим князем!» Он не имел времени ждать помощи от Ярослава, отца своего; самые новогородские воины не успели все собраться под знамена: Александр выступил в поле и 15 июля 1240 года приблизился к берегам Невы, где стояли шведы. Там встретил его знатный ижерянин, Пелгуй, начальник приморской стражи, с известием о силе и движениях неприятеля.

Здесь современный летописец рассказывает чудо. Ижеряне, подданные новогородцев, большею частию жили еще в идолопоклонстве; по Пелгуй был христианин, и весьма усердный. Ожидая Александра, он провел ночь на берегу Финского залива во бдении и молитве. Мрак исчез, и солнце озарило необозримую поверхность тихого моря; вдруг раздался шум: Пелгуй содрогнулся и видит на море легкую ладию, гребцев, одеянных мглою, и двух лучезарных витязей в ризах червленых. Сии витязи совершенно походили на святых мучеников Бориса и Глеба, как они изображались на иконах, и Пелгуй слышал голос старшего из них: «Поможем родственнику нашему Александру!» По крайней мере, так он сказывал князю о своем видении и предзнаменовании столь счастливом; но Александр запретил ему говорить о том и, как молния, устремился на шведов. Внезапность, быстрота удара привела их в замешательство. Князь и дружина оказали редкое мужество. Александр собственным копием возложил печать на лице Биргера… Темная ночь спасла остатки шведов. Они не хотели ждать утра: нагрузили две шнеки телами чиновников, зарыли прочих в яму и спешили удалиться. Главный воевода их, Спиридон, и епископ, по рассказам пленников, находились в числе убитых. Урон с нашей стороны был едва заметен, и сия достопамятная битва, обрадовав тогда все наше горестное Отечество, дала Александру славное прозвание Невского. Обстоятельства ее тем для нас любопытнее, что летописец, служа сему князю, слышал их от него самого и других очевидцев.

Святой Александр Невский

Святой Александр Невский

Рыцари ливонские не помогали шведам, однако ж старались вредить Новугороду. Ярослав, сын Владимира Псковского, в 1233 году сосланный в область Суздальскую, получил свободу, жил тогда у немцев в Эстонии и питал их ненависть к россиянам. Во Пскове были также некоторые изменники – чиновник Твердило и другие – склонявшие рыцарей овладеть сим городом. Обнадеженные ими в верном успехе, Немцы собрали войско в Оденне, Дерпте, Феллине и с Князем Ярославом Владимировичем взяли Изборск. Псковитяне сразились с ними; но, претерпев великий урон и желая спасти город, зажженный неприятелем, должны были согласиться на мир постыдный. Рыцари хотели аманатов (заложников. – Ред.): знатнейшие люди представили им своих детей, и гнусный изменник, Твердило, начал господствовать во Пскове, деляся властию с немцами, грабя села Новогородские. Многие добрые псковитяне ушли с семействами к Александру и требовали его защиты. К несчастию, сей князь имел тогда распрю с новогородцами: досадуя на их неблагодарность, он уехал к отцу в Переславль Залесский, с материю, супругою и всем двором.

Между тем немцы вступили в область Новогородскую, обложили данию вожан и построили крепость на берегу Финского залива, в Копорье, чтобы утвердить свое господство в нынешнем Ораниенбаумском уезде; взяли на границах Эстонии российской городок Тесов и грабили наших купцев верст за 30 до Новагорода, где чиновники дремали или тратили время в личных ссорах. Народ, видя беду, требовал себе защитника от Ярослава Всеволодовича и признал второго сына его, Андрея, своим князем; но зло не миновалось. Литва, немцы, Чудь опустошали берега Луги, уводили скот, лошадей, и земледельцы не могли обрабатывать полей. Надлежало прибегнуть к герою Невскому: архиепископ со многими боярами отправился к Александру, убеждал, молил князя и склонил его забыть вину Новагорода.

Александр прибыл, и все переменилось. Немедленно собралось войско: новогородцы, ладожане, корелы, ижерцы весело шли под его знаменами к Финскому заливу; взяли Копорье и пленили многих немцев. Александр освободил некоторых; но Вожане и Чудские изменники, служившие неприятелю, в страх другим были повешены.

Александр Невский и Сартак в Орде

Александр Невский и Сартак в Орде

Знаменитая отчизна святой Ольги также скоро, в 1242 году, избавилась от власти предателя Твердила и чужеземцев. Александр завоевал Псков, возвратил ему независимость и прислал в Новгород скованных Немцев и Чудь. Летописец ливонский сказывает, что 70 мужественных рыцарей положили там свои головы и что князь новогородский, пленив шесть чиновников, велел умертвить их. Победитель вошел в Ливонию, и, когда воины наши рассеялись для собрания съестных припасов, неприятель разбил малочисленный передовой отряд Новогородский. Тут Александр оказал искусство благоразумного военачальника: зная силу немцев, отступил назад, искал выгодного места и стал на Чудском озере. Еще зима продолжалась тогда в апреле месяце, и войско могло безопасно действовать на твердом льду. Немцы острою колонною врезались в наши ряды, но мужественный князь, ударив на неприятелей с боку, замешал их, сломил, истреблял немцев и гнал Чудь до самого темного вечера. 400 рыцарей пали от наших мечей; 50 были взяты в плен, и в том числе один, который в надменности своей хотел пленить самого Александра; тела Чуди лежали на семи верстах. Изумленный сим бедствием, магистр Ордена с трепетом ожидал Александра под стенами Риги и спешил отправить посольство в Данию, моля короля спасти Рижскую Богоматерь от неверных, жестоких россиян; но храбрый князь, довольный ужасом немцев, вложил меч в ножны и возвратился в город Псков. Немецкие пленники, потупив глаза в землю, шли в своей рыцарской одежде за нашими всадниками. Духовенство встретило героя со крестами и с песнями священными, славя Бога и Александра; народ стремился к нему толпами, именуя его отцем и спасителем. Счастливый делом своим и радостию общею, сей добрый князь пролил слезы и с чувствительностию сказал гражданам: «О псковитяне! Если забудете Александра, если самые отдаленные потомки мои не найдут у вас верного пристанища в злополучии, то вы будете примером неблагодарности!» Новогородцы радовались не менее псковитян, и скоро послы Ордена заключили с ним мир, разменялись пленными и возвратили псковских аманатов, отказавшись не только от Луги и Водской области, но уступив Александру и знатную часть Летгаллии».

Александр Невский, миниатюра из Титулярника

Александр Невский, миниатюра из Титулярника

Владимир Пашуто (1918–1983), историк:
«В 1245 году отец Александра Невского, великий князь Ярослав Всеволодович, отправился в центр Орды, Каракорум, за ярлыком на великое княжение. Эта дипломатическая поездка окончилась трагически: ханша Туракина не допустила утверждения Ярослава главой Руси. Она отравила владимирского князя. Александр, похоронив отца в Успенском соборе во Владимире, в 1249 году вместе с братом Андреем отправился в Каракорум. Тяжелыми были переговоры с ханшей Огул-Гамиш. Любой неверный шаг мог стоить молодым князьям жизни…

Русскому православному князю всегда было не по себе в столице идолопоклонников. Во дворе стояли войлочные болваны с выпуклыми сосками – символы плодородия скота. Тут же бродил священный козел.

Монголы поклонялись солнцу, луне, воде, земле. При ханском дворе в почете прорицатели-шаманы. Главный из них и жрец, и врач. Шаман ведал повозками с идолами, кое-что смыслил в движении светил, умел предсказывать затмения солнца и луны. Без совета прорицателей ханы не начинали войн.

Ледовое побоище

Ледовое побоище

Только в Орде можно было увидеть такое смешение утонченной роскоши и примитивного быта, такую напыщенную чопорность и откровенное невежество правителей, такую путаницу и упадок вер. Священнослужители разных стран света – от идолопоклонников до несториан, мусульман, католиков и православных – тоже томятся при дворе. Ханы из суеверия поручают жрецам всех вероисповеданий молиться за свою семью. И те молятся, неотступно следуя за двором…

Трудно было вести дела в такой столице, хотя русские имели и опыт, и мужество. Результат переговоров оказался неожиданным и вполне отвечал характеру недоверчивой ханши: она поопасилась признать Александра правителем всей Руси, как этого желал Батый.

По ее воле власть над Киевом и всей Русью была отделена от великокняжеского титула Владимиро-Суздальской Руси: «И приказаша Олександрови Кыев и всю Руськую землю, а Андрей седе в Володимери на столе». Решение ханши лишало владимирского стола Святослава Всеволодовича, уже признанного Батыем. Она утвердила Александра князем всея Руси, а его младшего брата Андрея – великим князем Владимиро-Суздальским.

Возвращаясь домой, братья, вероятно, ломали голову над этим коварным решением: в руках Александра власть над Русью – Новгородом и Киевом, не считая наследственно удержанных Переславля и Дмитрова, и, следовательно, Андрей ему подчинен. Но Новгород фактически зависит от Владимиро-Суздальской земли, а потому и Александр – вассал Андрея. Решение ханши должно не только рассорить братьев, но и вызвать против них гнев Батыя. Завязался заколдованный узел, который предстояло разрубить, – весь вопрос чем: татарской саблей, русским мечом или, может быть, мечом святого Петра?

Александр Невский Мозаичная икона Нестерова

Александр Невский Мозаичная икона Нестерова

После трехлетнего отсутствия Александр окунулся в привычную, хлопотливую жизнь новгородского князя. Они с митрополитом Киевским Кириллом торжественно ставят в местные архиепископы Далмата. Началось сотрудничество Александра с Церковью; ради этого он заметно смягчил к ней отношение княжеской власти.

Отец его, Ярослав, открыто посягал на церковные земли. Не зря Даниил Заточник, славословя князя, обличал тех церковников, что «обидят села и домы славных мира сего, яко псы ласкосердные… святительский имея на себе сан, а обычаем похабен».

Александр был осторожнее. Во всяком случае, в Житие Александра митрополит Кирилл внес слова о том, что он «митрополита же и епископы чтяше и послушааше их, аки Самого Христа».

Святой благоверный князь Александр Невский, икона 18 века

Святой благоверный князь Александр Невский, икона 18 века

Словом, Александр не просто христианский князь, он деятельно поддерживал Церковь и вкладами, и политически. Приехав как-то в Ростов, он, что особо отмечено в летописи, не только «целова крест честный и кланяся епископу» ростовскому Кириллу II, но и сказал: «Отче святый, твоею молитвою и тамо в Новьгороде ехал есмь здоров и семо приехал есмь твоею молитвою здоров».

И Александр, отойдя от отцовского своеволия, жаловал Церкви десятины в городах, расширял права церковного суда, давал средства на увеличение клира, заказывал переписчикам духовные книги и передавал их Церкви.

В четырех километрах к северу от Переславля он основал Александро-Борисоглебский монастырь. И хотя землей наделил его скупо, тем не менее, позднее владимирский епископ Иаков ставил Александра в пример одному из его сыновей: «Вижь, сыну князь, како ти были велиции князи, твои прадеды и деды, и отец твой великий князь Олександр – украсили Церковь Божию клирошаны и книгами и богатили домы великими десятинами по всем градам и суды церковными».

…И первый шаг к канонизации крестителя Руси Владимира Святославича сделан именно при Александре.

Святой князь Александр Невский, фреска

Святой князь Александр Невский, фреска

Ведь возвеличению князя Владимира, отвоевавшего право на крещение у Византийской империи, противилась Византийская патриархия, это умаляло ее роль. После падения Константинополя положение изменилось – новой византийской столице, Никее, было не до святости Владимира. И когда Александр одержал победу на Неве в день смерти Владимира, то и князь, и Церковь могли использовать это совпадение для установления хотя бы местного, в Новгороде или во Владимире, его почитания и празднования.

Поддержка церковных иерархов еще не раз понадобится Александру и при решении вопросов внутренней политики: Церковь со всей моральной силой проповеди и грозой отлучения будет на его стороне в столкновениях с другими князьями и с боярами Новгорода и Пскова. Не случайно даже в новгородской владычной летописи, писанной для местного правящего боярства, нет враждебных Александру высказываний, хотя в новгородских юридических актах их немало…

На избранном пути Александр столкнулся с противодействием других, наиболее крупных князей, притом родных братьев.

Не было единства в суздальской княжеской семье. Ханша Огул-Гамиш могла быть довольна: запутанное вассальное соперничество Андрея с Александром осложнялось давней борьбой между суздальскими и галицко-волынскими князьями и боярами из-за Киева. К этому добавились и решительные расхождения во внешней политике.

Противниками согласия с Ордой, а значит, сторонниками борьбы против нее были братья Александра – владимирский великий князь Андрей (он правил и в Суздале) и тверской князь Ярослав, вступившие в союз с галицко-волынским Даниилом Романовичем. Между дворами Владимира, Твери и Галича завязались деятельные переговоры.

Александр Невский Икона со сценами жития, начало 19 в

Александр Невский Икона со сценами жития, начало 19 в

Вскоре от всего пережитого Александр заболел – «бысть болезнь тяжка князю Олександру».

Церковь учила, что «недуг весь рожжается в телеси человечи в кручине, кручина же происходит от излишнего пития и ядения и спания и женоложья, иже без времени и без меры». Слишком было бы просто избавиться от такой кручины. Муки душевной так легко не избыть. Предстояло принять решение – идти вместе с родными братьями или силой убрать их с пути. Это всегда осуждала церковь со времен вероломно убитых в XI веке князей Бориса и Глеба, и этим всегда пренебрегали те, кто вершил политику, – и отец Ярослав, и Андрей Боголюбский… Но теперь в распрю вмешается и Орда…

В конце концов, еще молодой (ему был 31 год) князь выздоровел, как сообщил летописец, «Бог помиловал его»…

Николай Карамзин:
«Александр Невский, по возвращении своем во Владимир, терпеливо сносил бремя жестокой зависимости, которое более и более отягощало народ. Господство моголов в России открыло туда путь многим купцам бесерменским, харазским или хивинским, издревле опытным в торговле и хитростях корыстолюбия: сии люди откупали у татар дань наших княжений, брали неумеренные росты с бедных людей, и в случае неплатежа объявляя должников своими рабами, отводили их в неволю. В 1262 году жители Владимира, Суздаля, Ростова вышли наконец из терпения и единодушно восстали, при звуке вечевых колоколов, на сих злых лихоимцев: некоторых убили, а прочих выгнали…

Икона святого Александра Невского

Икона святого Александра Невского

Сии происшествия должны были иметь следствие весьма несчастное: россияне, наказав лихоимцев харазских, озлобили татар, их покровителей. Правительство не могло или не хотело удержать народа: то и другое обвиняло Александра в глазах хановых, и великий князь решился ехать в Орду с оправданием и с дарами…

Александр нашел хана Берку в Волжском городе Сарае. Сей Батыев преемник любил искусства и науки; ласкал ученых, художников; украсил новыми зданиями свою Капчакскую столицу и позволил россиянам, в ней обитавшим, свободно отправлять христианское богослужение, так что митрополит Кирилл (в 1261 году) учредил для них особенную епархию под именем Сарской, с коею соединили после епископию южного Переяславля. Великий князь успел в своем деле, оправдав изгнание бесерменов из городов суздальских. Хан согласился также не требовать от нас войска, но продержал Невского в Орде всю зиму и лето.

 Рака с мощами святого Александра Невского


Рака с мощами святого Александра Невского

Осенью 1263 года Александр, уже слабый здоровьем, возвратился в Нижний Новгород, и, приехав оттуда в Городец, занемог тяжкою болезнию, которая пресекла его жизнь 14 ноября. Истощив силы душевные и телесные в ревностном служении Отечеству, пред концем своим он думал уже единственно о Боге: постригся, принял схиму и, слыша горестный плач вокруг себя, тихим голосом, но еще с изъявлением нежной чувствительности сказал добрым слугам: «Удалитесь и не сокрушайте души моей жалостию!» Они все готовы были лечь с ним во гроб, любив его всегда – по собственному выражению одного из них – гораздо более, нежели отца родного. Митрополит Кирилл жил тогда во Владимире: сведав о кончине великого князя, он в собрании духовенства воскликнул: «Солнце Отечества закатилось!» Никто не понял сей речи. Митрополит долго безмолвствовал, залился слезами и сказал: «Не стало Александра!» Все оцепенели от ужаса: ибо Невский казался необходимым для государства и по летам своим мог бы жить еще долгое время. Духовенство, бояре, народ в глубокой скорби повторяли одно слово: «Погибаем!» Тело великого князя уже везли в столицу: несмотря на жестокий зимний холод, митрополит, князья, все жители Владимира шли на встречу ко гробу до Боголюбова: не было человека, который бы не плакал и не рыдал; всякому хотелось облобызать мертвого и сказать ему, как живому, чего Россия в нем лишилась. Что может прибавить суд историка, в похвалу Александра, к сему простому описанию народной горести, основанному на известиях очевидцев? Добрые россияне включили Невского в лик своих Ангелов Хранителей, и в течение веков приписывали ему, как новому небесному заступнику Отечества, разные благоприятные для России случаи: столь потомство верило мнению и чувству современников в рассуждении сего Князя! Имя святого, ему данное, гораздо выразительнее великого, ибо великими называют обыкновенно счастливых. Александр же мог добродетелями своими только облегчать жестокую судьбу России, и подданные, ревностно славя его память, доказали, что народ иногда справедливо ценит достоинства государей и не всегда полагает их во внешнем блеске государства. 23 ноября тело Александрово было погребено в монастыре Рождества Богоматери (именуемом тогда Великою архимандритиею), где и покоилось до самого XVIII века, когда государь Петр I вздумал перенести сии остатки бессмертного князя на берега Невы, как бы посвящая ему новую свою столицу и желая тем утвердить ее знаменитое бытие».

Подготовлено Алексеем Савельевым

Комментарии закрыты