Слово – камертон духовного самочувствия нации, критерий соотнесения ее с Небесами и важнейшая составляющая нашей идентичности. Слово первым подвергается деформации, когда ухудшается национальное самочувствие. Именно речевая культура требует особого внимания общества в плане ее сохранения и защиты.

В современной России, где во многом победила вестернизация, идут существенные подмены в том пространстве, которое можно назвать культурным полем существования нации. За последние годы вполне проявил себя и один из механизмов формирования новых ориентиров. Позволим себе обратиться к предыстории. Итак, в 2004 г. Новосибирский университет инициировал ежегодную акцию с несколько претенциозным названием «Тотальный диктант», в рамках которой любой желающий мог проверить свой уровень знания русского языка. Хорошее начинание. Год от года этот проект стремительно набирал обороты, превратившись со временем из университетского мероприятия в городскую, а затем – в федеральную и даже международную акцию. Если в 2004 г. диктант писали 150 человек, то к 2015 г. – уже 93,7 тыс. человек из 58 стран мира,1 а в 2017 г. – 2 млн 234 тыс. человек.2
Одна из вполне предсказуемых задач проекта – привлечь внимание СМИ и общества к проблеме грамотности. И в этом плане успех превзошел все ожидания. В январе 2011 г. учредители образовательного проекта «Тотальный диктант» стали лауреатами престижной национальной премии «Серебряный Лучник», и здесь набирающий популярность проект разглядели те, которым всегда было неуютно в рамках русской культурной традиции. Вместо известных, проверенных временем классиков русской и советской литературы автором, чей текст писали под диктовку, стал плодовитый журналист, кинокритик, телеведущий и известный пропагандист сквернословия Дмитрий Быков. Следующим был Захар Прилепин (вернемся к нему позднее). И наконец, в 2013 г. разразился скандал, связанный с назначением «эталонным автором» диктанта–2013 Дины Рубиной. Восстал Ульяновск, где текст был заменен, по настоянию губернатора Сергея Морозова, который заявил, что «творчество писателя, активно использующего в своих произведениях ненормативную лексику, не соотносится с концепцией «Тотального диктанта»; акция, прежде всего, выступает за чистоту русского языка».3 Организаторы диктанта (он ведь – «тотальный») выступили резко против раскольников. В Ульяновской области, тем не менее, диктант состоялся. Здесь писали текст о знаменитом земляке художнике Аркадии Пластове. Все это вызвало бурную реакцию в СМИ и блогосфере. На сторону губернатора встали такие тяжеловесы, как Союз писателей России,4 правомерно указав на известных авторов, своим творчеством продолжавшим традиции русской классической литературы.

Диктант

Диктант

Диктант, естественно, стимулирует интерес к творчеству так называемого «эталонного автора». И если ненормативная лексика отсутствует в предложенном отрывке, то доступ к сквернословию открывается в книгах той же Дины Рубиной. А участие последней в столь серьезной образовательной акции, какой является «Диктант», как бы легитимизирует бранное слово. И еще. Быть может, самое печальное. Подзаголовок текста Рубиной, предложенного за образец «Евангелие от интернета»… Главная книга христиан – и легковесное жонглирование тем, что является сакральным, связывающим человечество и Всевышнего. И в результате тысячи и тысячи наших сограждан под диктовку неблагочестиво спрягали это великое слово с… интернетом (сознательно ухожу от употребления заглавной буквы).

Вернемся к Захару Прилепину. Вроде бы далекий от либеральных веяний модный прозаик, текст его для диктанта был вполне достойным. Однако есть то общее, что роднит его с Рубиной и прочими сверхраскрепощенными в литературе писателями новой волны постсоветской России, – это все то же сквернословие. А дальше – можно себя позиционировать сверхрусским, заявлять о любви к России, но распущенность в слове отталкивает от этого автора. Ненормативная лексика – совсем не русское, а, напротив, антирусское явление. Истинный русский гармонизирован православной культурой. И это было проявлено в массе своей и в советских поколениях, воспитанных в рамках традиционной культуры. Тиражирование нечистоты душевной, демонизация слова есть оскорбление Бога и Богородицы. Никогда в России так не пестовалась брань, как в настоящее бесславное время. К сожалению, скверна5 из пьес названного автора шагнула еще и на театральные подмостки.

И не следует искать нецензурные слово, словно заблудшую блоху, у русских классиков или ссылаться на грязные частушки. Современные писатели-сквернословы для придания легитимности своей матерщине стремятся подверстать под себя и русских классиков. Так, Прилепин уверяет по поводу знаменитого творения Михаила Шолохова «Тихий Дон», что «мат в этом романе встречается в каждой главе».6 Такое можно заявить только в твердой уверенности, что «Тихий Дон» никто не читал и читать не будет. Или вот еще: «Мало кто подозревает, что и в абсолютной классике этого добра навалом, включая зрелую лирику Пушкина или Лермонтова».7 В том же материале, на той же странице, что и рассуждения «креативного» (употребим популярное слово) писателя, есть итоговая фраза, куда более соответствующая известным реалиям для любого мало-мальски грамотного человека: «Что бы там ни говорили, в наследии писателей-классиков доля мата ничтожно мала».8 Да и то, что с трудом разыскали пристрастные любители, как правило, не предназначалось к публикации. У современных авторов, напротив, черное слово выставляется напоказ, а потом всячески пропагандируется и защищается.

В проекте тотального диктанта любой желающий может проверить свой уровень знания русского языка

В проекте тотального диктанта любой желающий может проверить свой уровень знания русского языка

В мае 2014 г. президент России подписал закон о запрете нецензурной брани в литературе, продукции СМИ, фильмах, театральных постановках и зрелищных мероприятиях. Несмотря на вполне ожидаемый саботаж, важна была правоприменительная практика. Она и демонстрирует, насколько сильны позиции государства. Сумеет ли оно обуздать словесную вакханалию? Пока реалии неутешительные.

Пойдем далее. В 2014 г. автором диктанта, который обычно проводится в апреле текущего года, был утвержден Алексей Иванов, названный организаторами акции не как-нибудь, а «известным русским писателем».9 Наиболее обсуждаемым в медийном пространстве оказался фильм со знаковым для нового российского времени названием «Географ глобус пропил», снятый по одноименной повести А. Иванова и его сценарию.

Повесть означенного пермского автора пришлось читать, всю осилить не смогла, не впечатлила. Пустота, некий литературный, если употребить любимую нашими либералами иностранщину, фастфуд. Грязновато… Заметим попутно, что в нем все та же визитная карточка новых «классиков» – ненормативная лексика. И фильм, и повесть имели много хвалебных отзывов. Если они реальны, то само их наличие озадачивает. Как бы то ни было, но большее доверие вызывают совсем другие отзывы. Вот некоторые из них: «Если это кино и книга о российской жизни, то у России нет будущего!»; «Считаю фильм антироссийским и очередным «антишкольным»; «Никчемная жизнь никчемного человека»; «Хватит позорить Россию». Или вот еще, очень конкретно, и про фильм, и про сценарий: «Признать этот фильм лучшим?! Критики, вы одурели!!!».10 Такова реакция здоровой части населения.

В 2015 г. с автором диктанта как будто произошли некие положительные подвижки. Речь идет о петербургском писателе, специалисте по древнерусской литературе Евгении Водолазкине. Его роман «Лавр» получил в 2013 г. престижную литературную премию «Большая книга». И в этом случае, как и с «Географом», много восторженных откликов. Пусть с оговорками и даже безоговорочно, но этот роман рассматривается читателями и критиками преимущественно как «христианский», «православный» и даже как «большое событие в русской культуре». Написан он с прицелом на житийную литературу – «святой из XV века глазами современного автора». Вроде есть замах и на тему греха, и покаяния, и гибели души. И тем отвратительнее используемая в повествовании нецензурная лексика – эдакая современная фишка «модных» литераторов. Удручает, что, за мизерным исключением,11 наличие сквернословия не стало предметом критики или даже простого сожаления в блогосфере. Черное слово бросает свою грязную тень на мир православия, разрушает нравственные основы личности. Именно чистое (а не с непотребной примесью) писательское слово может дать толчок к истинным духовным исканиям. Разухабистое пространство либерал-матерщинников в чем-то даже более пристойно, чем этот замес – святости и скверны. В вульгарные сегодняшние нормы искусственно втягивается святость. Итак, организаторы акции «Тотальный диктант» вновь выдержали свой формат – наличие нецензурной лексики в произведениях автора эталонного текста. Только на этот раз грязное слово, вплетаясь в тематику, претендующую на духовное содержание, стало прямо-таки иезуитским приемом в известном романе приглашенного для участия в диктанте–2015 автора. Удержание христианской Нормы в современном, вздыбленном, легализующем содомию мире – важнейшая задача традиционной русской культуры. И никакие компромиссы в этом случае действовать не должны.

Наталья Лактионова

Наталья Лактионова

К сожалению, и Иванов, и Водолазкин стали предметом изучения на филологических факультетах педвузов страны как писатели современности. В нашем печальном настоящем – смешение всего и вся. И на этой сомнительной литературе воспитываются будущие педагоги.

Пойдем далее. 2016-й. Автором текста диктанта стал пишущий для детей писатель и драматург Андрей Усачев. На первый взгляд – детский писатель, значит – далекий от сквернословия, не лишенный мягкого юмора. Видимо, следует констатировать некие положительные подвижки в деятельности организаторов акции. Однако есть очередное «но». У последнего, приглашенного на диктант писателя своя профессиональная предыстория.

Есть какая-то закономерность при выборе автора «Тотального диктанта». Как будто выискивается в его творчестве что-то не совсем нравственно здоровое. Важен какой-то творческий вывих. На состоявшейся конференции в пресс-центре ТАСС, где проходило представление Андрея Усачева как выбранного автора диктанта акцент можно было сделать на героях его детских книг, вероятно, вполне симпатичных. Но главным оказалось иное. В качестве визитной карточки, писательского кредо Усачева названа «серия книг с пионерскими страшилками, написанная совместно с Эдуардом Успенским».12 Преподносится она в качестве «знаменитых работ автора».13 Все это затем тиражировалось многочисленными СМИ. Таким образом, эти писатели оказались, главным образом, хороши тем, что собрали «жуткий детский фольклор»14 (отталкивающее словесное сочетание) и разнообразили его своими комментариями.

Книга, о которой идет речь, производит удручающее впечатление. А вот это – из обращения авторов к читателям: «Ребята нашей страны… показали себя героями. Потому что узнавать и передавать из поколения в поколение все эти жуткости могут только очень сильные люди».15 То есть заложен призыв: читайте, живите в этом тусклом, искаженном, отвратительном мире – и будете героями. Ничего созидательного, один смрад. И его рекламируют, приглашают в него окунуться.

Кстати, задолго до советских пионеров всякие вурдалаки, скелеты и привидения будоражили сознание тех, кто ими интересовался, еще во времена гораздо более древние, чем ХХ век. Причем о небезопасности всей этой тематики, губительном воздействии ее на человеческую душу было также давно известно.

Если уж образовался повод, позволим себе рассуждения на означенную тему. Итак, легитимизированные эпохой безвременья страшилки вовсе не были серьезным атрибутом нашего советского детства. Мы-то как раз воспитывались на лучших не только отечественных, но и зарубежных литературных образцах. Все они будили совесть, воспитывали душу. Рядом были герои для подражания. А вся эта чернуха, возведенная в литературный жанр, если и присутствовала как-то отдаленно в нашей жизни, то только на совсем маргинальных задворках и отнюдь не будоражила вполне созидательное жизнелюбивое сознание юных пионеров.

В постсоветской России детям давно уже навязываются монстровидные игрушки. Прилавки детских магазинов завалены всякой нечистью. В нашем случае речь идет о детской литературе. Деструктивная задача, однако, все та же – погружение детей в инфернальный мир. Жаль, что неплохие писатели, обуздываемые в свое время совершенно правомерной цензурой, пошли по пути конъюнктуры, формирующей низкопробный спрос. Через личность автора текста «Тотального диктанта» вновь обретается посыл ко всей этой мутной дребедени, тем более что разрекламированная и раскрученная международная акция шагнула далеко за пределы отечества.

Тяга к инфернальному, суррогатам, дешевым подменам, формирующим современную конъюнктуру, да еще в детской литературе, порождает, к сожалению, грустные вопросы. Будем надеяться, что никакие отдельные выверты не смогут затмить великую русскую и советскую литературу.

Русская классика, вобравшая в себя духовную вертикаль, – важнейшая часть идентичности нашего народа. Названный «диктант» – это как раз та площадка, которую важно было бы наполнить истинным содержанием. Сошлемся на профессионалов: «Очевидно и не требует особых доказательств то, что подобные всеобщие предприятия, связанные с унификацией представлений об общенациональном языке, имеют исключительное значение для воспитания народа… Эталоном для подобных проверок грамотности могут быть только произведения литературы, выдержавшие испытание временем и подтвердившие свое право на представление русского языка в его эталонном качестве. Обделывать собственные дела за счет духовного здоровья нации, пользуясь сложившимися преимуществами, есть признак глубокого онтологического отчуждения от российских духовных корней».16

И еще: уже в названии акции заложена речевая безграмотность. Слово «тотальный» несет в себе некий отрицательный заряд, жесткость и даже определенную безысходность: «тотальная зачистка», «тотальная война». В данном случае куда более подходящим было бы определение «всеобщий». Меньше эпатажа и больше ответственности, что очень важно при проведении подобных мероприятий. Тогда они действительно могут стать знаковыми событиями большого масштаба. Впрочем, тенденции к изменению в рамках названной акции пока не просматриваются. В связи с чем, видимо, нужна новая национальная площадка. В деле возрождения нации и родного языка полезной и вполне востребованной могла бы оказаться ранее упоминавшаяся инициатива Ульяновского губернатора. Регионы, способные встать на защиту родной культуры, вполне могли бы писать свои диктанты, где эталонным станет значимое русское слово и бессмертная великая классика.

Классиков не делают, они заявляют о себе во времени и пространстве и не только русскому, а всему многоязычному, большому разноголосому миру, и их слышат и передают в веках. На них и стоит мировая культура. Она навсегда останется альтернативой тому пошлому антихристианскому разгулу, который сегодня выдается за навязчивую норму.

Наталья Яковлевна Лактионова, кандидат исторических наук, Отделение международных экономических и политических исследований Института экономики РАН

1 Лишь 2% участников «Тотального диктанта» написали его на «отлично». http://aif.ru/society/education/1495778.

2 Миткевич А. Писать грамотно – это модно. http://hbr-russia.ru/karera/lichnye-kachestva-i-navyki/p20211. 30 апреля 2017 г.

3 Официальный сайт губернатора и правительства Ульяновской области. http://ulgov.ru/news/index/permlink/id/27909. 6 апреля 2013 г.

4 Под чью диктовку? Заявление Союза писателей России о Дине Рубиной и «Тотальном диктанте». http://svpressa.ru/blogs/article/66685.

5 Захар Прилепин заставил ругаться матом московских актеров.
http://nn.ru/news/society/2013/05/16/zakhar_prilepin_zastavil_rugatsya_matom_moskovskikh_akterov.

6 Там же.

7 Там же.

8 Интервью с доктором психологических наук Андреем Гостевым. Люди много матерятся, потому что переполнены злом. http://trud.ru/article/24-05-2013/1294110_mnenie_ljudi_mnogo_materjatsja_potomu_chto_perepolneny_zlom.html.

9 http://totaldict.ru/news/699.

10 http://megacritic.ru/film/2420.html.

11 См., напр.: заседание Виртуального книжного клуба «Борцы с долгостроем», №31. Декабрь 2014. http://livelib.ru/review/429187.

12 Автором диктанта–2016 стал детский писатель Андрей Усачев. 10 марта 2016 г. http://tass.ru/obschestvo/2728024.

13 Там же.

14 Успенский Э., Усачев А. Ужастики. http://4itaem.com/book/362351/reader.

15 Там же.

16 Голубничий И. Возвращаясь к «Тотальному диктанту». 19 апреля 2013 г. http://webkamerton.ru/2013/04/vozvrashhayas-k-totalnomu-diktantu%E2%80%A6.

Комментарии закрыты