Слово на Воздвижение Честного и Животворящего Креста Господня

История свидетельствует нам, что при поклонении Кресту верующий народ создал только одну и самую краткую молитву:

«Господи, помилуй!»

Но велика, значит, была премудрость в этой молитве, если она прошла века, соделалась общехристианским молением и беспрерывно употребляется в богослужении всех христианских народов. Созданная внезапным и свободным вдохновением души народной в момент несказанного подъема веры и наивысшего религиозного воодушевления, она в двух словах выразила всю сущность нравственного настроения христианина – его веры, его надежды, его любви. Мы к ней слишком привыкли и слишком часто ее бессознательно употребляем. Оттого полезно и необходимо на ней останавливаться вниманием и будить в душе те именно чувства и мысли, то душевное настроение, которое некогда ее создало.

«Господи, помилуй!»

Так взывает душа христианская. Человек создан Богом на дела благие; он облечен, как в Солнце, Его образом и подобием; он поставлен в достоинство господина природы и ее священником пред лицом Творца; люди украшены дарами Духа; слышат в себе голос совести и разума; имеют стремления, влекущие их к Богу, – к истине и святости. И все это они осквернили, все потоптали; сами себя грехом и нечистотою приравняли к скотам несмысленным и уподобились им, сами отдалили себя от лица Божия непослушанием Богу в раю, неверием, пороками, преступлениями; они впали в такую нравственную грязь, дошли до такого зверства и падения, до которого и скоты не доходят… И естественна, и понятна, и необходима молитва падшего человека:

«Господи, помилуй!»

Воздвижение Креста Господня. Икона XVI века, Новгород

Воздвижение Креста Господня. Икона XVI века, Новгород

Но все то прошло. Нас искупил по любви Своей Сын Божий. Он даровал нам пути в спасение; Он поведал нам небесных таин Откровение; открыл волю Божию, благую и совершенную; дал в Себе Самом пример жизни; примирил нас с Богом, дал прощение грехов, послал Духа Святого, даровал таинства, учредил Церковь, руководствующую нас во спасение.
На Кресте распростертыми руками весь мир призывал Он в любовь Свою. А мы, все это зная, и здесь опять надругались над любовью Божией. Христиане мы только по имени, а по духу и жизни – язычники. Неверные и неверующие во Христа крепче нас преданы своему закону, тверже в своем исповедании, более объединены правилами своей веры. Храмы наши пусты; места же торжищ, увеселений и нечистых удовольствий наполнены. Злоба, зависть, ненависть, холодность к несчастным, жадность и себялюбие, разврат и нечистота – все это заставляет неверных и язычников с полным правом говорить нам в лицо: «Вера ваша хороша, да сами вы никуда не годны»… Ради нас имя Божие и имя Христа унижено пред всем миром… И видя и сознавая это, какая может быть молитва у христианина, как не эта краткая, сильная и трогательная:

«Господи, помилуй!»

Мы, русские люди, взысканы особыми милостями Господа. Мы призваны в Его Царство, мы приобщены к Его Церкви. Мы получили христианство на заре нашей исторической жизни, в годину народного младенчества, и находясь в таком состоянии, когда христианство могло свободно стать нашим всецелым душевным достоянием, воспитать нас как народ Божий, создать и пропитать собою всю нашу государственность, царство наше человеческое и земное обратить как бы в Царство Божие и привести его к Царству Небесному. И вот что вместо этого мы теперь видим? Можно ли без чувства горящего стыда смотреть на все то, что вокруг нас творится?

«Господи, помилуй! Господи, помилуй!»

Точно не было у нас христианской тысячелетней истории, точно мы совсем не знали Христа и Евангелия. Или слово Божие к нам недостижимо? Или оно покинуло нас? Наши образованные классы проповедуют открыто неверие, враждуют против Христа и Его Церкви. Не было хулы, не было мерзости, не было кощунства, которого бы словесно и печатно не проповедовали наши мудрецы. Они оправдывали цареубийство и убийства всех с ними не согласных; они обращали свои знания на то, чтобы развращать народ, чтобы делать и бросать бомбы и убивать намеченные жертвы и случайно подвернувшихся людей; они оправдывали и оправдывают измену, предательство, воровство и грабительство; развращали и развращают юношество; губили и губят собственное Отечество. Наш простой народ погряз в пьянстве и сквернословии: нет ни одного народа в России, который был бы хуже его в этом отношении. А леность, пьянство, воровство, грабежи, бунты, забастовки, хулиганство, страшное падение семьи, страшная испорченность молодого поколения, разврат и всякая распущенность… А эта легкость, с какою мы идем за всякими лжеучителями и смутьянами, обещающими обогащение путем всякого разбоя, разгрома чужих имений, противления царю и правительству. А это убийственное равнодушие к страшным преступлениям, что совершаются у нас ежедневно. Это ли народ христианский? Это ли крещеные люди?

«Господи, помилуй! Господи, помилуй!»

Ведь если бы мы были добрыми христианами, если бы мы были действительно честными и верующими людьми, то все эти преступления у нас сами собою исчезли и прекратились бы, как исчезает дурная и сонная трава с хорошо вспаханного и разделанного поля. Преступники чувствовали бы себя одинокими, презренными, они скрывались бы в темных углах, не смея выйти на свет Божий, на глаза добрых людей; теперь же они выходят торжествующе, чувствуя себя героями; они как бы пользуются общим доверием, сочувствием и поддержкою.

И вот, заслужили мы свою судьбу. Мы сделались позором и посмешищем всего мира. Мы обратили себя и свою страну в нищету пьянством, ленью и забастовками. Мы идем в хвосте у всех народов, от всех отстали, и все на нас показывают с укоризною. Мы собственное государство довели до расстройства преступлениями и смутою. Мы пришли к полному озлоблению. Еще немного такого безумия, еще немного – и, если не покаемся, не одумаемся, мы погибнем.
«Господи, помилуй!»

И как бы в явное знаменование гнева Божия, отовсюду тревожные слухи и вести… Опомнись, опомнись, русский человек! Милость Божия зовет тебя к покаянию и исправлению тяжкими ударами судьбы. Молись молитвой покаяния:
«Господи, помилуй!»

Крест говорит нам о том, как тяжко карается грех человека: мы видим, что даже добровольно воспринятый грех Адама, довел Сына Божия до страшно мучительной смерти. Но Крест говорит и о прощении греха, о милости Божией. Погиб разбойник злобный, нераскаянный, но спасен и райских селений удостоен покаявшийся. Погиб Иуда, но вновь принят в апостольский лик Петр отрекшийся.

Христиане! Крест наш духовный в болотной тине греха; глубоко он под землей, покрытый корою и толщею наших грехов, пороков, страстей и сердечного бесчувствия. Крест наш в плену у врага нашего спасения – диавола. Поднимем его в душах в красоте святыни. Возвратим его изволением и добрым житием к себе в души, возьмем его из плена греховного. Еще не до конца мы погибли. Еще есть время покаяния. Еще зовет нас к себе Бог Милосердный и наказаниями, и долготерпением…

«Господи, помилуй! Господи, помилуй!»

Протоиерей Иоанн Восторгов, 1907 г.

Справка
Протоиерей Иоанн Восторгов (20 января 1864 – 5 сентября 1918). Был одним из самых известных православных проповедников своего времени. После прихода к власти большевиков резко критиковал их деятельность в своих проповедях, призывал православных немедленно объединяться в «дружины пасомых» для защиты Церкви. Публично расстрелян большевиками 5 сентября 1918 г. в Петровском парке г. Москвы. Прославлен в лике святых Русской Православной Церкви в 2000 г. Память – 5 сентября и в Соборе святых новомучеников и исповедников Российских.

Комментарии закрыты