20 февраля православный мир отмечал годовщину преставления архимандрита Кирилла (Павлова). Предлагаем вашему вниманию фрагменты выступлений Лаврской братии на круглом столе, состоявшемся в Троице-Сергиевой Лавре в сороковой день по кончине старца Кирилла.

Игумен Киприан на прощании с архимандритом Кириллом

Игумен Киприан на прощании с архимандритом Кириллом

Игумен Киприан (Ященко)

20 февраля 2017 г. скончался духовник Троице-Сергиевой Лавры, духовник всея Руси – отец Кирилл (Павлов). Такого прощания Лавра не знала давно. Я не могу припомнить, к кому народ так притекал из разных городов России, чтобы проститься. Это продолжалось сутки в Переделкине, двое суток здесь – нескончаемый поток народной благодарности. Для многих его кончина не была душевной печалью, а была скорбной радостью, что батюшка вернулся к себе домой, в Лавру.

Когда отца Кирилла погребли и поставили крест на его могиле, митрополит Нижегородский и Арзамасский Георгий (Данилов) первым запел пасхальный канон, и все подхватили, начали петь, как на Пасху, поздравлять друг друга пасхальным приветствием.

Мы рады, что теперь ежедневно, без всяких препятствий от человеков, мы можем быть возле батюшки, с надеждой на его услышание.

Для меня батюшка Кирилл был истинным духовным отцом, крепким и удивительно деликатным. Он определил, как и многим, всю мою жизнь. Для меня было две неожиданности. Я работал в Академии педагогических наук, писал диссертацию. Батюшка меня сначала благословил, мол, работай, пиши, защищайся. А потом, когда у меня заболела супруга, была при смерти, он сказал: «Все, прекращай. Принимайте вместе монашество. Иди в церковь работать». Я не смел перечить. И с тех пор тружусь в Церкви. Трудится для Церкви и матушка.

А второе большое удивление было, когда я уже погрузился в монашескую жизнь и хотелось молиться, отец Кирилл сказал: «Тебе в келье сидеть не надо. Твое послушание – заниматься церковным образованием, ездить по России». Я пытался возразить, что, мол, общение с детьми, учителями, как правило, женщинами, монаху не полезно, но он сказал: «Ты так быстрее душу спасешь». И тут я не стал перечить. До сих пор преподаю педагогику, веду Высшие Богословские Курсы. Отец Кирилл давал, казалось, парадоксальные благословения. Но потом они оправдывались.

Отец Кирилл благословил меня создавать Международные Рождественские образовательные чтения. Я бы никогда сам не дерзнул на такие масштабные предприятия. Старец Кирилл говорил, что надо собирать всю Россию, чтобы общаться. Он повторял: «Если ты будешь искать способы, как передать православную традицию детям, то у нас будет совсем другая страна – православная страна, православный народ, и все враги нас будут бояться». Пять лет я был генеральным директором Рождественских образовательных чтений, удалось потрудиться. В 2018 г. пройдут уже 26-е Чтения…

Архимандрит Захария

Архимандрит Захария

Архимандрит Захария (Шкурихин), духовник Троице-Сергиевой Лавры

Когда вспоминаешь отца Кирилла, то невольно на память приходят слова апостола Иоанна: «…Что мы слышали, что видели своими глазами, что мы созерцали и что руки наши осязали о Слове жизни – и жизнь была явлена, и мы увидели, и мы свидетельствуем и возвещаем вам жизнь вечную, которая была с Отцом и явлена была нам» (1 Ин. 1:1–2). Это относится и к святому старцу, к живому воплощению Евангелия. Чем покорял отец Кирилл? Чем привязывал к себе людей? Что оставалось всегда в их памяти? Это неподдельно искренняя христианская любовь и смирение. В чем выражалась любовь отца Кирилла? Нельзя представлять себе старца как седого старичка, который очень любит своих детей или внуков и всегда щедро дарит подарками, все им прощает, балует. Нет. Настоящая христианская любовь, тем более любовь пастыря, всегда сопряжена со строгостью, и даже жесткой строгостью. Каждый, кто на протяжении многих лет обращался к отцу Кириллу, испытал это на себе. И мне тоже пришлось это испытать, за что очень благодарен батюшке.

Первый раз это произошло, когда я был послушником. Не разобравшись в расписании (а я должен был быть на ранней литургии в воскресный день), я спокойно спал. Вдруг ко мне в келью стук, будят меня. Я побежал в храм. Литургию возглавлял отец Кирилл. Он строго выговорил мне за это непослушание. Далее, уже будучи иеромонахом, я совершил ошибку в духовном руководстве семейной пары, и батюшка тоже меня отругал, сказав: «Ты монах и не знаешь, что такое семейная жизнь. Такие советы нельзя давать». Потом уже за мои личные грехи батюшка мне строго выговаривал. Но он одновременно и молился, и его молитва помогала справляться с человеческими немощами, страстями, которые зарождались в душе человека. И эта строгость батюшки простиралась и на нашу внутреннюю дисциплину, и на церковную дисциплину монастыря, на соблюдение церковных канонов.

Был такой случай. Приходил ко мне юноша, студент академии. Он нашел девушку, а она по каноническим правилам не могла быть супругой священника. Старец Кирилл сказал: «Есть много других девушек, ищите себе другую пару». Он не послушал. Пошел к владыке, владыка благословил. В итоге его супружеская жизнь закончилась печально, через 15 лет супруга его оставила.

Помню, один помощник инспектора обратился к батюшке: «На меня жалуются студенты, что я очень строг с ними. Может, мне как-то помягче к ним относиться?» А батюшка сказал: «Что? Помягче?! Их надо держать вот так!» И показал крепко сжатый кулак. Вот такой был батюшка. Это была любовь покрывающая, он был пастырь, полагающий души за овцы своя – за своих чад духовных. Любовь батюшки была такая, какая необходима пастырю. Это дар сострадательной любви. Батюшка очень соскорбел с каждым человеком.

Архимандрит Алипий

Архимандрит Алипий

Архимандрит Алипий (Кастальский-Бороздин)

Может, не случайно сороковой день памяти батюшки архимандрита Кирилла выпал на неделю памяти преподобного Иоанна Лествичника. Преподобный Иоанн говорил о себе, что он не предпринимал каких-то сверхъестественных подвигов, не спал на голой земле, не мучил себя бессонницей, но он смирился, и спас его Господь. Эти слова преподобного Иоанна можно вполне отнести к духовному опыту нашего архимандрита Кирилла. Мы не видели в его житии необычайных подвигов, которыми он поражал бы братию. Он жил, как и вся остальная братия монастыря, нес послушание духовника Лавры. Его подвиг состоял в том, что он был человеком глубочайшего смирения и кротости. Мы наблюдали это, когда некоторые несдержанные из братии вдруг нападали на старца, говорили с ним очень грубо, и старец спокойно это все принимал, никогда в ответ не говорил ничего резкого, а молился за того человека, который находился в искушении.

Уже будучи прикованным к постели, старец Кирилл рассказывал своим духовным чадам: «Я приезжал с Патриархом Алексием II служить в Лавру. И когда прикладывался к мощам Преподобного Сергия, то вдруг почувствовал, что Преподобный удерживает мою главу, и я услышал слова: «Никуда я тебя не отпущу». Отец Кирилл хотел поднять свою голову от раки и не мог. Ему было неловко, потому что за ним стояло духовенство, чтобы приложиться к мощам. Это один из примеров духовной, сокровенной жизни старца…

Воспоминания о смиренной, подвижнической жизни старца Кирилла (Павлова) должны издаваться и находить своего читателя среди верующих и неверующих наших соотечественников. Пример его жизни должен служить и нам духовным примером.

Комментарии закрыты