Судя по рассекреченным наградным документам Героя Советского Союза Якова Федотовича Павлова, можно предположить, что в 1942 г. в Сталинграде он сражался за дом, не имеющий отношения к своему «однофамильцу» – легендарному Дому Павлова. Его защищал другой человек.

Фронтовая «Правда» о Доме Павлова

Выцветшие, слегка пожелтевшие газеты военного времени с выразительными отретушированными фотографиями ожидают историков и неравнодушных исследователей в Национальном фондохранилище Российской книжной палаты в Можайске.

Отправляясь в фондохранилище, мы надеялись найти упоминания о героях-защитниках Дома Павлова непосредственно в дни его обороны – с 27 сентября по 24 ноября 1942 г., а также в период всей Сталинградской битвы – с 17 июля 1942 г. до 2 февраля 1943 г. В первую очередь нас интересовал Герой Советского Союза Яков Федотович Павлов.

По нашей просьбе сотрудники фондохранилища подготовили подшивки газет – «Правды», «Известий», «Красной Звезды», «Сталинградской правды» за 1942–1943 гг. Чуть позже мы изучим еще одно, самое «местное» издание – фронтовую газету 13-й гвардейской стрелковой дивизии «На разгром врага». Ее оцифрованные версии с сентября 1942 г. по февраль 1943 г. вместе с некоторыми другими документами были опубликованы в интернете к 75-летию Сталинградской битвы в рамках совместного проекта Минобороны России и Центрального архива Министерства обороны РФ.

Фронтовые газеты аккуратно сложены в папках по месяцам, в них – все то, о чем молчали ветераны после войны: ребенок, разрубленный фашистом на глазах у матери, «социалистическое» соревнование советских снайперов, репортажи о приеме в партию Ленина–Сталина «в самый разгар боя, в минуты наивысшего напряжения» и т.д.

Яков Павлов

Яков Павлов

А вот, похоже, то, что нам нужно: «А в самом Сталинграде бойцы гвардейской части обороняют подступы к Волге. Только узкая полоска разрушенной улицы отделяет их от немцев. По одну сторону улицы в развалинах домов – наши, по другую сторону – немцы. И вот уже сколько дней немцы никак не могут пройти эту узкую улицу. Они все время подтягивают сюда новые силы. Бьют из минометов и пушек. Вызывают на помощь самолеты. Но железной стеной стоят гвардейцы. Рушатся обгорелые стены домов, горит камень, рвутся фугаски, а бойцы обороняют рубеж – и ни шагу назад. Ни с чем не сравнима их стойкость», – передает специальный корреспондент «Известий» В. Полторацкий из Сталинграда 15 октября 1942 г. Но упоминаний о Доме Павлова в статье нет.

Передовица газеты «Известия» за 27 октября 1942 г. под названием «Каждый дом Сталинграда – крепость» также описывает подвиги советских бойцов в черте города. В статье упоминается, например, старший лейтенант Погорелов, закрывший путь 60 немецким танкам, старший сержант Богомолец, освободивший трехэтажный дом от немцев малым отрядом и т.д.
7 ноября, в день 25-летия Октябрьской революции, статью «Гвардия стоит – враг не пройдет» в газете «Сталинградская правда» опубликовал командир 13-й гвардейской стрелковой дивизии – Герой Советского Союза генерал-майор А.И. Родимцев. В материале упоминается один из защитников Дома Павлова – знаменитый сталинградский снайпер комсомолец Анатолий Чехов, который, как сообщает газета, в своем 20-летнем возрасте «убил уже 40 фашистов».

Дом Павлова

Дом Павлова

В газете «На разгром врага» дважды (15 и 19 января 1943 г.) фигурирует другой защитник дома Павлова – Илья Воронов.

А вот и долгожданная находка. Газета «Правда» от 19 ноября 1942 г. в статье батальонного комиссара Леонида Корина «Сталинградские дни» впервые описывает подвиг сержанта Павлова. Процитируем эту публикацию, сделанную по горячим следам:

«С ожесточением и упорством идет борьба за каждый дом в Сталинграде. В этой борьбе решающее значение имеют хитрость, смекалка. Отделению Павлова была поставлена задача – занять пустой дом; обыкновенный дом, ничем не отличающийся от окружающих его зданий. Разница состояла лишь в том, что дом этот контролирует площадь и почему-то до сих пор не занят немцами. Стать его хозяином – значит, получить господство над всеми подступами к площади. Он несколько отделен от переднего края и может служить прекрасной позицией для боевого охранения.

Павлов внимательно выслушал командира, потом с такой же старательностью изучил местность и ночью с отделением пробрался в назначенное место. Противник занимал соседние дома, и ему в голову не приходило, что наши бойцы пойдут на такое сближение с ним. Когда немцы сообразили, что произошло, было уже поздно. Так и осталось отделение Павлова нести службу боевого охранения.

Шли дни, недели борьбы. Противник много раз пытался выбить группу смельчаков, держал под обстрелом здание, высылал снайперов, автоматчиков. Временами завязывалась автоматная перестрелка на измор, на выносливость, охота за отдельными бойцами и солдатами. Так зародился у нас настоящий снайперский азарт, и на боевом счету снайпера Александрова было записано 12 уничтоженных вражеских солдат.

Люди зарылись в землю, проделали ходы сообщений, завели хозяйство…

– Где наблюдал? – спросите вы разведчика Афанасьева. Последний с полной серьезностью ответит:
– Из дома Павлова.
– Где минировал сегодня?
– Правее дома Павлова.

Схема кварталов, прилегающих к Площади 9 января

Схема кварталов, прилегающих к Площади 9 января

Из штаба дивизии звонят:

– Левее дома Павлова скопление пехоты противника. Уточните…

Так и начал свою историю «дом Павлова». Приходили новые люди – бойцы, командиры. Они восприняли все традиции части, и в их обиходе тоже появились эти два слова: «дом Павлова», хотя многие из них и не знали содержания этих слов.

Мужественный сержант и его бойцы с законной гордостью часто слышат приказы, распоряжения, вопросы, которые по обстановке неизменно связаны с «домом Павлова».
И боевыми делами они упрочивают свою славу храбрецов».

Итак, о Доме Павлова страна узнала уже в дни обороны Сталинграда. При этом имя героя осталось неизвестным – в публикации названа только фамилия – Павлов (что, впрочем, в порядке вещей для газет военного времени). Дом Павлова, если верить публикации в «Правде», когда в него пробрались бойцы, был свободен от немцев (после войны на эту тему развернется острая дискуссия).

Еще одно важное наблюдение: фронтовые газеты периода Сталинградской битвы и их «золотые перья» в отличие от журналистов послевоенного периода не баловали сержанта Павлова своим вниманием. Будущий Герой Советского Союза в газетах непосредственно периода обороны дома упомянут лишь однажды, причем без всякого пафоса – он всего лишь занял «пустой дом, ничем не отличающийся от окружающих». При этом местные газеты подвиг сержанта Павлова и вовсе оставили без внимания.

Наградной лист о присвоении звания Героя Советского Союза Якову Федотовичу Павлову

Наградной лист о присвоении звания Героя Советского Союза Якову Федотовичу Павлову

Известная по многим послевоенным перепечаткам газета 62-й армии «Сталинское знамя», в которой, как считается, 31 октября 1942 г. был опубликован первый материал о героической обороне Дома Павлова журналиста и писателя Юлия Чепурина, в фондохранилище отсутствует.

«Тут какая-то подтасовка»

В рамках упомянутого уже совместного проекта к 75-летию разгрома немцев под Сталинградом опубликован ряд ранее засекреченных документов, в том числе наградной лист Якова Федотовича Павлова о представлении его к званию Героя Советского Союза за подвиг в Доме Павлова. Приведем цитаты из этого документа (орфография сохранена):

«10.10.42 г. немцы, бросая все новые и новые силы, прижимали наши части к ВОЛГЕ. На площади им. 9-го Января немцы в этот день захватили дом, который имел особо-важное стратегическое значение. <...> Взяв с собой трех бойцов, Павлов пошел на выполнение сложнейшей боевой задачи. Заметив переползавших к дому через асфальтированную улицу, немцы по ним открыли ураганный огонь, но смельчаки были уже у стен дома. Ворвавшись в дом, Павлов поставил одного бойца у подъезда (дом имеет три подъезда), а с одним бойцом, просмотрев комнаты 1-го этажа, обнаружил в одной из них группу немцев в количестве 8 человек. Осторожно подкравшись к комнате, они забросали ее гранатами и уничтожили эту группу. Просмотрев следующие комнаты, Павлов обнаружил в подвальной части этого дома группу немцев в количестве 7 человек. Огнем из автомата Павлов рассчитался и с этой группой немцев. Дом от немцев постепенно весь был очищен и занят четверкой храбрецов. Установив трофейные пулеметы, оставленные немцами, Павлов занял круговую оборону. Обороняя дом с трех сторон, четверка храбрецов удерживала в продолжение 30 суток, отразив при этом более 40 контратак и уничтожив до батальона пехоты немцев. Лично сам Павлов истребил более 90 немцев. Дом был удержан на полной ликвидации окруженной группировки немцев. 25.11.42 г. во время боев в г. Сталинграде тов. Павлов был ранен и эвакуирован в госпиталь».

Как мог заметить читатель, история, изложенная в наградном листе, мало похожа на ту, о которой писала «Правда» в ноябре 1942 г. Если верить наградному листу, оборона Дома Павлова продолжалась 30 дней, начиная с 10 октября, при этом, «обороняя дом с трех сторон, четверка храбрецов» в пух и прах расстреливала приступающих немцев.

Изучение подшивок газет периода Сталинградской битвы в Национальном фондохранилище РКП в Можайске

Изучение подшивок газет периода Сталинградской битвы в Национальном фондохранилище РКП в Можайске

Между тем известно, что разведгруппа сержанта Павлова в составе четырех человек проникла в дом в ночь с 27 на 28 сентября 1942 г. (памятная табличка на торце дома гласит, что защитники пришли сюда в конце сентября). Максимум трое суток бойцы держались своими силами, затем на помощь подоспело подкрепление – отряд лейтенанта Ивана Афанасьева. С тех пор дом защищал интернациональный гарнизон численностью, по разным источникам, от 25 до 30 человек. Защита дома, который стал важным опорным пунктом в системе обороны дивизии, продолжалась 58 дней – до 24 ноября, когда бойцы получили приказ атаковать и захватить уже другой – «молочный» (по цвету фасада) дом, находящийся на противоположной стороне площади 9 Января. Об этом пишет Иван Афанасьев в своей книге «Дом Солдатской Славы» с предисловием теперь уже дважды Героя Советского Союза генерал-полковника А.И. Родимцева.

Однако в наградном листе Якова Федотовича Павлова такие «детали», как отряд Афанасьева, отсутствуют, не говоря уже о прочих вещах.

Коренной житель Волгограда, экскурсовод-историк Юрий Алексеевич Савченко, сопровождавший нас в поездке по местам боевой славы города, ознакомившись с документом, пожимает плечами: «Павлов вошел в дом 10 октября? Это не соответствует никаким моим понятиям, всей истории, логике Сталинградской битвы. Тут какая-то подтасовка».

Указ о присвоении звания Героя Советского Союза Я.Ф. Павлову подписан уже после войны – 27 июня 1945 г. Автором наградного листа стал некий Половец, который, по данным известного волгоградского журналиста и поэта Юрия Беледина, сменил полковника И.П. Елина на посту командира 42-го стрелкового полка. В своей книге «Не последнее слово. Мое и ваше» Беледин пишет о том, что ни полковник И.П. Елин, ни капитан А.Е. Жуков, который непосредственно руководил операцией по захвату и обороне дома и дал техническое название Дому Павлова (в том числе для удобства работающей артиллерии), представления на награждение Я.Ф. Павлова Звездой Героя не подавали, – его рекомендовал к награде командующий 62-й армией Василий Иванович Чуйков. Как бы то ни было, именно с Чуйковым Яков Федотович Павлов от имени защитников города выступал на открытии памятника-ансамбля на Мамаевом кургане 15 октября 1967 г.

Беледин публикует в своей книге письмо Алексея Жукова Ивану Афанасьеву от 4 ноября 1958 г.: «Теперь насчет награждения Павлова. Я как командир батальона ничего не знаю. Я его не представлял и никогда не представил бы к этой награде. Это делалось без меня… Я писал Н. Шевцовой, директору музея, что Сталинград не знает правды и боится ее. Почему они до сего времени не могут пригласить меня? Я ведь являлся «ключом» всей обороны на плацдарме батальона… Передай им, что я жду, когда у них пробудится совесть».

В другом письме Афанасьеву (13.01.1959) Жуков возмущается тем, как Я.Ф. Павлов в своих публичных выступлениях пытается представить героем горе-защитника, дезертира Сукбу, который якобы бросился под танк с гранатами: «Меня потряс факт из твоего письма: «героический» поступок Сукбы, сфабрикованный Павловым. Вот подлец! За весь период обороны дома танки не подходили со стороны площади. Откуда он «бросился под танк»? С крыши упал, что ли? Если так – ему и танк уже был не нужен. А если он бежал ему навстречу прямо из дома – там все вокруг было нами заминировано, существовал только один проход, о котором никто не знал, кроме меня и сапера и инженера полка!.. Ну, погоди, я доберусь до всех этих фактов и раздраконю».

Однако «раздраконить» мифотворчество Алексею Жукову не пришлось. Его послевоенная судьба оказалась непростой: в июне 1947 г. Алексей Ефимович стал начальником АХЧ бригады в Уральском военном округе, где попал под трибунал и лишился партбилета по обвинению в хищении госимущества. Правда, позже героя Сталинграда оправдали, судимость сняли, однако «осадочек остался» – Жукова «хронически вычеркивали из списков приглашенных на званые мероприятия».

Мельница

Мельница

Остальные защитники дома промолчали, да и не до геройских звезд им было – Афанасьев после войны ослеп, остальные разлетелись в разные концы нашей родины строить мирную жизнь.

В 1960 г. написанные, надиктованные воспоминания Ивана Афанасьева «Дом Солдатской Славы» были опубликованы.

В своей книге «Осколок в сердце» Юрий Беледин приводит сделанный рукой Афанасьева комментарий, в котором говорится о некоторых вынужденных уступках автора цензуре: «В рукописи говорится, что в доме были немцы и что якобы трое из них убиты. Это описание мной сделано умышленно, так как еще в 1946 г., когда разыскали Павлова, он в своем воспоминании так рассказал и так твердилось 14 лет во всех очерках, статьях и рассказах, и, конечно, мои строки, если бы я написал иначе, не пропустили бы и вряд ли им поверили бы. Хотя в действительности в доме немцев в то время, когда возле него появились Павлов, Глущенко, Черноголов и Александров, не было. Об этом рассказывал и Глущенко в 1957 г., когда мы впервые после войны встретились в Сталинграде».

Журналист Юрий Беледин, который сопровождал Якова Павлова на его встречах с трудовыми бригадами в Волгограде, так рассказывает об отношениях двух главных защитников Дома Павлова: «Павлов первым делом звонил мне из номера гостиницы «Октябрьская»: «А этот (дальше непечатное) еще жив?» Имелся в виду И.Ф. Афанасьев, которому в конце 1950-х гг. дали квартиру рядом с Домом Солдатской Славы».

Отчего разладились отношения между двумя главными участниками обороны Дома Павлова? Неужели причиной конфликта стала исключительная «звездная болезнь» – Звезда Героя, доставшаяся одному только Я.Ф. Павлову и больше никому из легендарного дома?

Другая часть, или Какой дом атаковал младший сержант Яков Павлов?

В наградном листе Героя Советского Союза Я.Ф. Павлова есть строка, которая, на наш взгляд, проливает некоторый свет на эту историю. В графе «Чем ранее награжден, за какие отличия» сказано: «Дважды медалью за отвагу, №№ приказов и даты неизвестны, так как награжден в другой части».

Сегодня известно, по крайней мере, о двух орденах Красной Звезды и двух медалях «За отвагу» Я.Ф. Павлова, полученных им в период Великой Отечественной войны. Более того, один орден Красной Звезды и одну медаль «За отвагу» Павлов заработал непосредственно в Сталинграде, информация о них доступна на странице героя на сайте «Бессмертного полка».

Так что же это за «другая часть», в которой награждался Я.Ф. Павлов в Сталинграде?

Мы рассматриваем еще один наградной лист Я.Ф. Павлова – теперь уже о награждении его орденом Красной Звезды, подписанный 9 октября 1942 г. уже известным нам полковником Елиным, командиром 42-го гвардейского полка 13-й стрелковой дивизии. Документ кратко, но безусловно положительно характеризует младшего сержанта Якова Павлова (в отличие от сказочно-эпического наградного листа Героя СССР, над которым неизвестно что делать – плакать или смеяться): «Отличился в боях за город Сталинград в период с 15 сентября 1942 г. Один из лучших командиров отделений. Во время наступлений наших подразделений 18 сентября отделение т. Павлова атаковало важный дом и заняло его. Противник несколько раз контратаковал эти позиции, бил прямой наводкой из танка, но не смог сломить сопротивление наших бойцов».

Из хроники Сталинградской битвы известно, что гвардейцы Родимцева в ночь с 14 на 15 сентября переправились через Волгу в Сталинград и после яростного боя отбросили противника от центральной переправы, очистили от фашистов многие улицы и кварталы, захватили вокзал и Мамаев курган. Однако 21 сентября немцы перешли в контрнаступление, начали стремительное продвижение к Волге, 23 сентября ожесточенные бои развернулись за площадь 9 Января, и лишь 26 сентября (по данным Афанасьева – 27-го) оттесненные советские бойцы закрепились в двух зданиях – фактически на берегу, получивших наименования домов Павлова и Заболотного (последний вскоре был взорван немцами, его защитники погибли). По сути дела, это был последний рубеж перед Волгой, речь шла об оборонительной, а не о наступательной операции.

Судя по наградному листу и дате подвига – 18 сентября, младший сержант Яков Федотович Павлов проявился себя в боях при наступлении 13-й Гвардейской стрелковой дивизии Родимцева в период с 15 по 21 сентября, а не в Доме Павлова, который держал оборону с конца сентября по конец ноября 1942 г.

В Дом Павлова разведчики проникли ночью, незаметно – а не «атаковали его». Подходы к зданию были заминированы, поэтому бить по нему из танка прямой наводкой, как это сказано в наградном листе, противник вряд ли мог.

Документ датируется 9 октября – не потому ли в бумагах о присвоении звания Героя Советского Союза из «другой части» фигурирует дата 10 октября?

Медалью «За отвагу» в Сталинграде Я.Ф. Павлов награжден еще позже: сегодня рассекречен соответствующий приказ войскам 62-й армии №38/н, который датируется 20 октября 1942 г. – это разгар обороны Дома Павлова. Но никто из защитников дома в период осады здания не награждался этой медалью – они получили награды «За оборону Сталинграда» уже после войны.

Таким образом, если судить по наградным документам, Яков Федотович Павлов отлично проявил себя как командир отделения во время боев в Сталинграде в ходе наступательной операции, занял один из многих домов в черте города, был награжден за подвиги орденом Красной Звезды и медалью «За отвагу», однако к легендарному Дому Павлова отношения не имел. Он атаковал другой дом, который, как и весь Сталинград, в ходе боев был разрушен.

Не потому ли избегал Яков Федотович неформальных встреч с защитниками Дома Павлова, с родившейся в доме в дни Сталинградской битвы «дочкой» Зиночкой, с «боевым товарищем» Афанасьевым, которому в конце 1960-х сделали операцию на глазах и который после многих лет слепоты смог видеть. А 83-летний ветеран, защитник Дома Павлова Комалджан Тургунов в 2006 г. заявил корреспондентам «МК», приехавшим к нему в ферганский кишлак Быркым-Куль: «А кто такой Яков Павлов? Я не помню этого человека…»

К несчастью, Юрий Беледин, который четверть века изучал историю дома, в 2014 г. был найдет мертвым в своей квартире в Волгограде: соседи почувствовали запах газа, вскрыли дверь – оказалось, поздно… Решили, что больной онкологией журналист наложил на себя руки. Символично, однако, название одной из последних его книг, цитаты из которой мы приводили выше: «Не последнее слово. Мое и ваше».

Бог не в силе, а в правде

«Грех есть колыбель войны», – писал святитель Николай Сербский. Сталинградская битва за каждый дом, за каждую пять родной земли в наши дни отозвалась эхом карикатурной войны за недвижимость, за землю на территории волгоградских заводов, которые выстояли в Великую Отечественную, но пали – закрылись – в наши дни. И дети тех, кто заслонил мир от фашизма, оказались беззащитными перед местным криминалом: дочь Ивана Афанасьева, вступив в секту «свидетелей Иеговы», неожиданно уехала, отписав квартиру отца в центре города сектантам.

Истинный Бог отличается от ложного точно так же, как настоящий герой от поддельного. Бог не в силе, а в правде. А потому важно знать правду, хотя бы для того, чтобы отличать добро от зла и не запутаться в собственной жизни.

А то, что неспособен сделать меч многих грешников, по слову святителя Николая Сербского, может молитва одного праведника. Не потому ли устоял Дом сержанта Павлова среди ада Сталинградской битвы?

Ольга Каменева

Комментарии закрыты