Для Господа в Рождество не нашлось человеческого приюта, в память и напоминание каждому из нас об этом создан приют «Рождественский», где обретают дом множество брошенных детей России. Будущее России – это прежде всего ее дети. Вот о них и разговор с отцом 300 детей Андреем Викторовичем Завражновым.

– Андрей Викторович, как вы стали заниматься детьми?

– По благословению. Когда еще только возрождалась Оптина пустынь, я переехал из Москвы в деревню, поближе к обители. Я знал, что в монастыре есть старец, но у меня никаких особых проблем не было, и я не искал с ним встречи. Однажды мне надо было просто исповедоваться перед Причастием, смотрю, к другим иеромонахам очереди выстроились, а схиигумен Илий стоит у аналоя один. Я и подошел к нему… «А ты кто?» – сразу поинтересовался батюшка. Я ему пытаюсь про грехи сказать, а он слушает, кивает: «Да нет, кто ты? Чем занимаешься?» «Да вот смиряюсь, – отвечаю, – на тракторе работаю». Мы тогда с иноком Трофимом (Татарниковым), убиенным потом на Пасху 1993 г., монастырские поля обрабатывали. «Хватит тебе смиряться», – говорит батюшка. И благословил по специальности дальше работать.

Воспитанники приюта

Воспитанники приюта

– Детьми заниматься?

– Нет еще. По специальности я строитель. Стали мы вместе с батюшкой храмы в округе восстанавливать. В Клыкове в нынешней пустыни Спаса Нерукотворного храм до первой литургии довели, потом батюшка дальнейшее обустройство возложил на нынешнего настоятеля игумена Михаила (Семенова). А я в 1995 г. перешел в храм Преображения Господня к недавно почившему отцу Леонтию Никифорову в Нижних Прысках. После было строительство Успенского храма в Подборках, где сейчас служит чадо батюшки – отец Димитрий Торшин. Потом восстанавливали храм Спаса Нерукотворного Образа в Курыничах. Взялись за совершенно разрушенный Покровский храм в селе Космачево. Это все храмы на Калужской земле, хотя строили и возрождали храмы и на родине батюшки Илия – на Орловщине. Много храмов подняли, у нас и дети в восстановлении святынь участвуют, потом в этих же храмах на службах исповедуются, причащаются. Девочки с уборкой помогают, кто-то из мальчиков в алтаре прислуживает. Все наши храмы можно посмотреть на сайте: www.detpriut.ru. Там же и фотографии наших детей есть.

В храме

В храме

– А как у вас дети оказались?

– В конце 1990-х страшное время было. Особенно там, в глубинке: разорялись предприятия, колхозы, у людей не было работы, многие спивались, дети оказывались брошенными…
Колесили мы как-то с батюшкой Илием по округе, а он в какой-то момент и говорит: «Давай заедем». Сворачиваем, останавливаемся, какой-то коттедж недостроенный. Ни окон, ни дверей, ни полов, ни стен – ничего нет. А я же строитель… Батюшка меня озадачил: «Давай организуй здесь детский приют!» – «Я? Приют?!» Ушам своим не верю. Стал рассказывать, как однажды жена оставила меня на несколько дней с нашими пятью детьми, через день возвращается, так я взмолился: «Что угодно, только с ними не оставляй!» Батюшка выслушал, посмеялся, а сам подбадривает: «Ничего, как-нибудь, как-нибудь…»

С митрополитом Климентом.jpg

С митрополитом Климентом.jpg

– И как все устроилось?

– Чудесным образом. Поначалу я даже всерьез к этому заданию отнестись не мог. А душа все равно неспокойна была: «Батюшка же благословил… Надо делать». А как делать? Что делать? Взялся за то, что мне понятно. Помню, хожу вокруг этого коттеджа-недостроя: «С чего же начать? На кого оформлять?..» Оформил на жену. Дальше размышляю: «Надо бы земли прирезать…» Пока бегал с документами, собирая подписи, оказался в кабинете председателя сельсовета, а он мне с порога: «Андрей Викторович, у нас детский сад закрывается!» «О! Ну-ка, – говорю, – пойдемте…» Приходим, а там все есть: и душики маленькие, и горшки, и столики, и шкафчики – только детей приводи! А главное – весь персонал высыпал нам навстречу: повара, воспитательницы, нянечки, они все без работы остались! «Возьмете их всех?!» – вдруг обращается ко мне председатель сельсовета. «Возьму!»

Пикник после службы, Курыничи

Пикник после службы, Курыничи

Вот так осенью 1999 г. я забрал этот детский сад в аренду. А где-то на Рождество Христово следующего, 2000 г. опека с ума сходила от радости: им-то до этого детей пристраивать некуда было. Так ко мне и повалили дети. Наши «рождественские подарки».
Всюду по округе стали мы с опекой собирать беспризорников, сирот при живых родителях. У кого-то в тюрьму родителей сажали, другие пьянствовали беспробудно. По 60–70 детей в приюте растили.

Заявляюсь, помню, тогда к батюшке Илию: «Задача выполнена!» Приезжаем вместе с ним, а там же повара, воспитательницы, нянечки – это все бывшие колхозницы. А батюшка сам всегда говорил, что по детям сразу видно: верующие с ними педагоги занимаются или нет. Это он, когда еще при советской власти водил экскурсии, в том числе и школьников, по Псково-Печерскому монастырю, смекнул. Так он у моих сотрудниц сразу спросил: «Отче наш» знаете?» «Знаем», – ответили они хором. «Ну все, будете работать у Андрея Викторовича». Так с Рождества 2000 г. приют и начал работу.

Воспитанники приюта на службе в храме

Воспитанники приюта на службе в храме

– Восемнадцать лет прошло. Это же уже целая жизнь, совершеннолетие.

– Да, многие дети выросли. Сейчас мы уже выпускников собираем. Их у нас уже около 300 человек. Все они меня папой называют. Уже и внуков более 100 младенцев народилось. Слава Богу, даже ранее, казалось, совершенно безнадежные, обреченные на повторение судеб своих родителей дети создают крепкие семьи, растят детей.

– Могли бы вы рассказать конкретные истории детей?

– Были у нас две сестры, цыганочки. Когда одной было два годика, а другой четыре, мама оставила их в приюте, сама в очередной раз садилась в тюрьму. Сейчас такая форма уже узаконена. Родитель просто пишет бумагу с паспортными данными: «Прошу принять моих детей…»

Жаворонки

Жаворонки

У девочек был тяжелый характер, но они были искренними. Здесь же, в приюте у нас покрестились. Казалось бы, судя по тому, что их потом насильно возвращали в ту обстановку, в которой они родились, ничего хорошего в их жизни быть не могло. Когда девочки выросли у нас красавицами, вернувшаяся мать одну из них пыталась и вовсе продать. Но девочки сильно молились. Одна окончила училище по специальности повара, вышла замуж за хорошего молодого человека, у них родилась дочка. А вот младшую сестру, когда той было 16 лет, мать, забрав из приюта, норовила сбыть с рук.

Мне пришлось во все это вникать. Там такая система: за подросшую дочь матери дают тысяч $15. Дочь отдается какому-то цыганскому барону. Рожает ему детей. А потом он с утра выставляет ее на улицу с тем, чтобы к вечеру она принесла ему денег на дозу. Чем хочешь занимайся: проституцией, попрошайничай, воруй и т.д. К вечеру она приносит ему денег, он, напившись или «ширнувшись», начинает ее избивать за то, что она проститутка. Утром повторяется все то же самое. И так изо дня в день… Вот и вся цыганская жизнь.

Андрей Викторович Завражнов с детьми

Андрей Викторович Завражнов с детьми

Сестра, узнав о том, что ожидает ее младшую сестренку, обратилась к нам за помощью. Пришлось бить во все колокола. Привлекали милицию, другие государственные службы. Уже не раз убегавшую оттуда, избиваемую и возвращаемую сородичами назад девочку удалось освободить. Она поступила в женское епархиальное училище. Через год познакомилась с семинаристом. Они поженились и обвенчались. Сейчас он уже диакон. У них двое детей.

Был у нас еще такой воспитанник, тоже цыганенок по крови. Как он стал подрастать – ох, что он вытворял! Видно, брала свое наследственность, все ему надо было крушить. Умывальники разбивал, всячески безобразничал. Я ему прямо сказал: «У тебя есть выбор: или тюрьма, потому что уже того, что ты успел натворить, лет на пять срока хватит, или армия». Он выбрал армию. Вскоре мне звонят оттуда: «Ваш напился, всех избил, сидит у нас в КПЗ. Что с ним делать? Сажать?» «Простите, – говорю, – дурака. Дайте ему денег на дорогу. Пусть домой возвращается». Вернулся. Я пристроил его работать трактористом. Так он, месяца не прошло, напился, трактор перевернул… Мы, конечно, крепко все за него молились, и батюшка Илий молился. Сейчас парень угомонился. Мы ему выбили квартиру, живет с девушкой, работает в «Шиномонтаже». Нашел какую-то родственницу, ей помогает дом строить.

Еще история. Жила семья, отец запил, вскоре умер. Мать, тоже пьющая, ушла жить к бомжам. Двое подростков остались одни. Люди их жалели, брали на время к себе, но надолго ни у кого они не приживались, вероятно, из-за своего сложного характера. Потому что потом, когда их пристроили в гимназию, директор решила от них вообще избавиться – отдать в колонию. Мы не боимся брать к себе трудных детей.

– Почему не боитесь?

– Молиться надо. Бога не забывать. Стараться делать так, чтобы всем хорошо было, учить детей жить по золотому правилу: относись к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе (см.: Мф. 22:39). И во всем, что касается их, надеяться на Бога. Не на себя, не на свой воспитательный талант, не на свои педагогические навыки – на Бога! Не надо выстраивать никаких своих планов в отношении жизни, исправления этих детей. Просто молиться. И Господь все устроит. Потому что, когда ты сам что-то планируешь, по-своему делаешь – там не получилось, там что-то вразнос пошло, раздражаешься, обижаешься… А если доверишься: «Господи, делай, как Тебе надо. Я буду стараться, но пускай по-Твоему получится», – то все получается, и слава Богу! Единого рецепта нет. Господь все устрояет.

Выпускной

Выпускной

– Как Господь устроил жизнь этих двух подростков, о которых вы начали рассказ?

– Мальчик окончил железнодорожный техникум, потом устроился работать в ОМОН. Девочка готовилась было поступить в институт, ей тогда было 16 лет, как вдруг стало известно, что где-то умерла их мама, чиновники стали оформлять перевод ребенка в государственный детский дом.

– А ваш приют не имеет государственного статуса?

– Нет, существуем мы на пожертвования добрых людей. Девочку тогда удочерила семья, работающая при одном из восстановленных нами храмов. Она поступила в социальный институт. Им потом с братом как сиротам государство квартиры выделило. Сейчас у них жизнь устроена. Слава Богу.

Беседовала Ольга Орлова

Для желающих помочь детям, обретающим дом в приюте «Рождественский»:

Реквизиты Благотворительного фонда «Рождественский»:
МБОФ содействия социальной защите детей «Рождественский»
249708 Калужская обл., Козельский р-н, дер. Нижние Прыски,
Турбинная ул., д. 12
ИНН/КПП 7723352141/772301001
Р/с 40703810838110100990 в Донском ОСБ 7813/01586, г. Москва
К/с 30101810400000000225 БИК 044525225
Назначение платежа: «Благотворительное пожертвование для Детского приюта «Рождественский»

Дети будут за вас молиться!
www.detpriut.ru

Комментарии закрыты