Взрослым, желающим воспитать добродетель кротости и терпения у детей, придется начать с себя. По слову Священного Писания, кротость голубиная не обходится без мудрости змеиной.

Кротость, терпение, смирение… Как далеки эти «тихие», будто мерцающие неземным светом, христианские добродетели от эффектных ценностей современной либерально-гуманистической педагогики с ее «самоактуализацией» и «лидерством». Или от идей кастового воспитания, антропологического неравенства, призрак которого восстал в современном мире из праха древнего гностицизма, печально известного расизмом, фашизмом и религиозной избранностью… 

Преподобный Сергий Радонежский

Преподобный Сергий Радонежский

Однако Священное Писание утверждает, что именно за кроткими и терпеливыми – будущее на земле и в Царстве Небесном: «Блажени кротции, яко тии наследят землю» (Мф. 5:5). За исполнение духовного закона кротким даруются не только небесные, но и земные блага, включая пресловутое «лидерство». Эта закономерность была известна уже в дохристианскую эпоху, псалмопевец Давид отмечал: «И еще мало, и не будет грешника, и взыщеши место его, и не обрящещи. Кротции же наследят землю и насладятся о множестве мира»(Пс. 36:11). 

Святитель Николай Сербский в XX веке прямо пишет: самая большая и богатая территория дарована самому кроткому в мире русскому народу. Не потомки могущественных когда-то полководцев – Чингисхана, Тамерлана, Александра Македонского, Наполеона или Гитлера – наследовали землю, ее получили кроткие.

Терпеливых и миролюбивых любят окружающие. Можно вспомнить пример Преподобного Сергия Радонежского, который, будучи оскорбляем братом, тихо ушел из монастыря, дабы не сеять раздор между монахами. И братия, а затем и великие князья, и весь народ пошли за Преподобным Сергием, названным историками Игуменом земли Русской.

В Евангелии говорится о том, что кротость свойственна Божественному естеству: «…Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем»(Мф. 11:29). 

Кротость, нежность и деликатность – качества, которые проникают в сердце человеческое, переплавляют его, располагают к покаянию. «Братия! Если и впадет человек в какое согрешение, вы, духовные, исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собою, чтобы не быть искушенным»(Гал. 6:1). 

Императрица Александра Феодоровна Романова

Императрица Александра Феодоровна Романова

Знаменитый гимн любви апостола Павла начинается с упоминания добродетели терпения: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит»(1 Кор. 13:4–7).

Таким образом, высшая христианская добродетель любви начинается с терпения, о котором в простом народе говорили: «Бог терпел и нам велел». Терпением все и заканчивается: «претерпевший же до конца спасется» (Мф. 24:13). 

«Жить – не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем мое почтение!» «Жить можно и в миру, но только не на юру, а жить тихо» – так преподобный Амвросий Оптинский несколькими штрихами рисует портрет человека кроткого и терпеливого, вкладывая в шутливую форму глубокий смысл. Неслучайно имя старца в XIX веке было широко известно не только в простом народе, но и среди вечно «сомневающейся» интеллигенции. Духовными советами преподобного пользовались Н.В. Гоголь, Ф.М. Достоевский, К.Н. Леонтьев, В.С. Соловьев, А.П. Толстой и многие другие. Лев Толстой был у старца пять раз и впоследствии замечал: «Отец Амвросий совсем святой человек. Поговорил с ним, и так легко и отрадно стало у меня на душе. Вот когда с таким человеком говоришь, то чувствуешь близость Бога»1

Длинные нотации и обличения – это тоже своего рода истязание

Длинные нотации и обличения – это тоже своего рода истязание

Преподобный Иоанн Лествичник раскрывает понятие кротости следующим образом: «Кротость есть неизменное устроение ума, которое и в чести, и в бесчестии пребывает одинаковым. Кротость состоит в том, чтобы при оскорблениях от ближнего без смущения и искренно о нем молиться. Кротость есть скала, возвышающаяся над морем раздражительности… Кроткая душа – престол простоты, а гневливый ум есть делатель лукавства» (Лествица. Слово 24:2–4, 9).

Это определение в стихотворную форму переложил наш великий А.С. Пушкин, который «милость к падшим призывал»:

«Веленью Божию, о муза, будь послушна,

Обиды не страшась, не требуя венца,

Хвалу и клевету приемли равнодушно,

И не оспаривай глупца».

Преподобный Петр Дамаскин уточняет: «Кротость есть начало смирения, смирение же есть дверь бесстрастия» (Творения. Кн. 1. О второй заповеди и о том, что страх рождает плач). А если вспомнить, что многие святые отцы считали меру смирения мерой святости, можно сказать, что кротость есть начало святости.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) в своих «Аскетических опытах» кротость и терпение связывает с понятием жизненного креста, подвигом христианской жизни, без которого нет и спасения. «Уклонение от гневливых помыслов и от возмущения сердца яростью. Терпение. Последование Христу, призывающему ученика Своего на крест. Мир сердечный. Тишина ума. Твердость и мужество христианские. Неощущение оскорблений. Незлобие»2, – пишет святитель о добродетели кротости.

«Кроткий – человек тихий, скромный, смиренный, любящий, снисходительный; не вспыльчивый, не гневливый, многотерпеливый», – читаем о добродетели в «Толковом словаре живого великорусского языка» Владимира Даля.

При этом профессор МДА А.И. Осипов обращает внимание на то, что кротость (как и смирение) нельзя путать с «непротивлением злу насилием», а гнев может быть и праведным: «Кротость – это отсутствие греховного гнева. Ибо есть два вида гнева. Один – гнев злобы, ненависти, неприязни к другому человеку. Другой – праведный – гнев любви против лукавства, несправедливости, насилия, обмана и пр., проявление которого видим у Самого Христа по отношению к лицемерию фарисеев, книжников, священнослужителей»3

Есть редкие и высокие темы и жизненные моменты, в которых проявление смирения и кротости может оказаться предательством. 

Кротость воспитывается с младых ногтей. В русских сказках терпение вознаграждается, а обращение к старшим людям, братьям и сестрам отличается кротостью и уважением: «батюшка», «матушка», «божья старушка», «старичок», «сестрица», «братец» и т.д. Так, в сказке «Морозко» ласковая и вежливая девица получает соболью шубу и короб с богатыми подарками, золотом и серебром. До этого Морозко пять (!) раз спрашивает девушку:

– Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная? 

А девушка, чуть шевеля языком от стужи, тихо отвечает: 

– Тепло, Морозушко, тепло, батюшка… Ой, тепло, голубчик Морозушко! 

В сказке «Финист – Ясный сокол» отец спрашивает у дочерей:

– Что вам, дочки, купить, чем порадовать? 

Старшие дочери отвечают:

– Купи по полушалку…

А младшая дочь говорит:

– Купи мне, батюшка, перышко… 

Духом кротости проникнуты письма святой царицы Александры Феодоровны Романовой дочерям – в семье была привычка обмениваться друг с другом нежными посланиями. 

«6 февраля 1909 г.

Моя милая, дорогая девочка, я надеюсь, что все обошлось хорошо. Я так много думала о тебе, моя бедняжка, хорошо зная по опыту, как неприятны бывают такие недоразумения. Чувствуешь себя такой несчастной, когда кто-то на тебя сердится. Мы все должны переносить испытания: и взрослые люди, и маленькие дети – Бог преподает нам урок терпения. Я знаю, что для тебя это особенно трудно, так как ты очень глубоко все переживаешь, и у тебя горячий нрав. Но ты должна научиться обуздывать свой язык, и когда чувствуешь, что собираешься сказать что-то нехорошее или грубое, старайся от этого воздерживаться. Быстро помолись, чтобы Бог тебе помог. У меня было столько всяких историй с моей гувернанткой, и я всегда считала, что лучше всего извиниться, даже если я была права, только потому, что я младше и быстрее могла подавить свой гнев. М. такая хорошая и преданная, но сейчас она очень нервничает: она четыре года не была в отпуске, у нее болит нога, она простудилась и очень переживает, когда нездоров Бэби. И целый день находиться с детьми (не всегда послушными) для нее тяжело. Старайся всегда ей сочувствовать и не думать о себе. Тогда, с Божией помощью, тебе будет легче терпеть.

Да благословит тебя Бог. Очень нежно тебя целую.

Твоя мама»4.

В материнском письме, адресованном великой княжне Ольге, упоминаются все основные средства воспитания добродетели кротости: терпеливое перенесение скорбей, жалость и сочувствие к людям, умение обуздывать свой язык, молчание.

Вот и великий чешский педагог Я.А. Коменский полагает, что детей следует учить не только говорить, пока они маленькие и лепечут, но и молчать, когда они подрастут. «Молчание никому, конечно, не повредило, но весьма многим повредило то, что они говорили»5, – пишет автор.

По мнению Коменского, дети должны молчать как минимум в трех случаях:

– во время молитвы – как дома, так и в церкви, на богослужении; 

– когда кто-то из взрослых, в первую очередь отец или мать, делает детям наставления; 

– обдуманно молчать, прежде чем что-либо говорить.

Терпение ребенок приобретает, по мнению Коменского, в семье, при условии, что в ней нет места излишней изнеженности и чрезмерной снисходительности. Дошкольника, по мнению педагога, необходимо приучать к деятельной услужливости простыми поручениями: «Мой мальчик, подай мне это… Сходи к бабушке, пожелай ей от меня доброго дня и скажи, что я спрашиваю, как ее здоровье»6

«Милым будет тот ребенок, который как в отношении к своим родителям, так и в отношении к другим ведет себя почтительно и приветливо; у некоторых это как бы прирожденное, другие должны в этом упражняться»7

Православный психолог, учитель высшей категории Татьяна Владимировна Воробьева советует учить малыша замечать эмоциональное состояние окружающих. «Следует почаще задавать ребенку вопросы, наподобие: «Как ты думаешь, я не устала?», «Посмотри в мои глаза: они веселые или не очень?» И обязательно надо учить ребенка искать причину состояния, которое он наблюдает, – пишет Т.В. Воробьева, – да, это требует терпения, но за ним результат в виде будущего внимания, чуткости к родителям и окружающим людям»8.

Воспитатели, желающие видеть своих детей кроткими, должны преподать им пример и образ доброго и уважительного отношения друг к другу. «Стяжи дух мирен – и тысячи спасутся вокруг тебя», – это правило преподобного Серафима относится в первую очередь к родителям и педагогам. 

Противоположная добродетели кротости – страсть гнева – более заразительна, чем современные вирусы. Возмущенные крики родителей остаются для детей незабываемыми «уроками гнева». Но еще святитель Иоанн Златоуст замечал: как огонь гасят не огнем, а водой, так и зло невозможно победить ответным злом. Филарет (Дроздов), митрополит Московский писал: «Раздраженный наставник не наставляет, а раздражает. Шумным раздражением заглушается голос истины. Наставляй добродушно; обличай кротко и мирно; наказывай умеренно и с сожалением»9.

Психолог Т.В. Воробьева отмечает важный психофизиологический закон: в состоянии возбуждения малыш нас не слышит и не видит, не воспринимая ни действий, ни слов. «Часто вы сами попадаете под эмоциональный молот бунта ребенка и пытаетесь остановить его в сердцах со злобой и раздражением, еще больше заражая и заряжая негодующего ребенка. Эмоция – это энергия! Дух! Что вы даете вашему ребенку: силы или, наоборот, истощаете его своим бессилием? Злоба – это бессилие»10

Молчание, терпение, кротость просто необходимы при общении с разгневанным человеком. «Если человек кипит от гнева, – рассуждает святой Паисий, – то ему без толку что-нибудь говорить, лучше помолчать и читать про себя Иисусову молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешного!» А когда от молитвы он успокоится, притихнет, то можно и договориться с ним. Даже рыбаки в шторм не выходят на лов, а ждут, когда море утихнет»11.

Преподобный Паисий вспоминает забавный случай, когда его кот Дикас собрался придушить лягушонка, который пробрался в келью старца. Но лягушонок сидел тихо и без движения, чем спас себе жизнь: кот потерял к нему всякий интерес и ушел. 

Русский философ И.А. Ильин в книге «Взгляд вдаль» делает вывод о том, что наказание само по себе является отрицательным явлением, признаком тайной «гражданской войны» в семье, поводом для тревоги родителей: у них есть такие промахи, ошибки и упущения, которые не должны иметь места. 

Действительно, согласно православной традиции, главным педагогическим условием воспитания маленького человека должна быть христианская любовь. Однако святитель Феофан Затворник и другие подвижники делают оговорку: есть дети и ситуации, когда телесные наказания (редкие и в исключительных ситуациях) необходимы: «Бывает зло, коего нельзя изгнать из души без уязвления тела»12. О необходимости и порой неизбежности наказания неоднократно говорится в книгах Священного Писания: «Кто любит своего сына, тот пусть чаще наказывает его, чтобы впоследствии утешаться им…»(Сир. 30:1, 12); «Кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына; а кто любит, тот с детства наказывает его»(Притч. 13:25). Сам Бог наказывает чад Своих из любви к ним: «Кого люблю, тех обличаю и наказываю»(Откр. 3:19). 

Иногда телесным наказанием приходится останавливать истерику, в противном случае ее будут использовать как метод для удовлетворения прихотей. Разумеется, есть и другие методы, которые необходимо опробовать в первую очередь: например, переключение внимания, смена обстановки – можно попытаться увести кричащего ребенка в другое место и т.д. «Если любите, то не допускайте разнузданной вседозволенности! Путей остановить – много! Только бы мы захотели их поискать. Поискать с любовью и вниманием, не с ответной злобой и раздражением», – отмечает Т.В. Воробьева. 

Наказание, по мнению психолога, как неотъемлемая часть воспитания, должно быть прикровенным и интимным. О нем могут знать только двое: ребенок и тот, кто рядом. Если воспитывает отец – другим членам семьи лучше дистанцироваться. 

Наказание в гневе превращается в истязание, нанося непоправимый вред отношениям родителя с ребенком, а также его здоровью. 

«Длинные нотации и обличения – это тоже своего рода истязание. Результат этих «вразумлений» – возникновение душевной глухоты: не усвоение поучительных уроков, а их отторжение. Формируются лицемерие, двоедушие, пренебрежение к словам. «Опять одно и то же!» – вот что выносит ребенок из такой беседы с родителями. Гнев, раздражение, усталость – весь арсенал физических и душевных недомоганий, который родители обрушивают на ребенка в виде злых одергиваний, криков, – это тоже истязание. Его результатом становится страх, переходящий у детей в невротические состояния, логоневроз, гиперкинез, энурез». 

Далее Т.В. Воробьева пишет: «Если рука поднялась, чтобы «вразумить» ребенка физически, или начинается словесная атака, надо остановиться! Хотя бы на полсекунды. Надо честно ответить себе: я сейчас люблю своего ребенка или это накал моего негодования? Если нет простой и мудрой любви, а есть лишь накипь гнева, нельзя спешить. Впоследствии будет стыдно и за действия, и за слова, которые были обрушены на малыша. Следует уйти, смолчать, не дать злобе, гневу вылиться в действия против ребенка. Только приведя свои чувства в порядок, можно вразумлять и наставлять его»13.

Важнейшее воспитательное средство – молитва любящего человека. Мать святого Паисия (тогда еще Арсения), видя шалости детей, начинала творить молитву Иисусову, чем пробуждала детскую совесть и останавливала баловство. Любовь к матери, почтение к ней и глубокое уважение святой пронесет через всю жизнь.

Обобщая средства воспитания добродетелей кротости и терпения можно выделить три уровня – духовный, душевный и телесный, каждый из которых требует определенного воздействия: 

1) на уровне духа – участие ребенка в богослужениях и Таинствах Церкви, молитвы (его и о нем), чтение Евангелия, Священного Писания; 

2) на уровне души – добрый пример, знакомство с высокими образцами нравственности в жизни, а также нравственными примерами в сказках, житийной литературе, памятниках культуры и литературы, церковном искусстве; 

3) на уровне тела – труд и физические упражнения, умеренная дисциплина, закаливание, соблюдение постов, постепенное формирования нравственных привычек.

Ольга Каменева

Цит. по: Маслов Н.В. Основы русской педагогики. – М.: Самшит-издат, 2007. С. 342. 

2Игнатий (Брянчанинов), свт. Собрание творений. Т. I. – М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2017. С. 196. 

Осипов А.И. Жизнь с Евангелием. Комментарии к Евангелию от Матфея. – М.: Никея, 2019. С. 51.

Государыня Императрица Александра Феодоровна Романова. Дивный свет. Дневниковые записи, переписка, жизнеописание. – М.: Русский паломник, 2004. С. 369.

Коменский Ян Амос. Материнская школа. – М.: Книга по Требованию, 2012. С. 83.

Там же. С. 85.

Там же. С. 86.

Воробьева Т.В. Как воспитывать детей. Советы православного психолога. URL: https://iknigi.net/avtor-tatyana-vorobeva/121904-kak-vospityvat-detey-sovety-pravoslavnogo-psihologa-tatyana-vorobeva/read/page-1.html.

Филарет Московский, свт. Как создать православную семью. URL: https://azbyka.ru/otechnik/Filaret_Moskovskij/kak-sozdat-pravoslavnuju-semju/#0_8.

10 Воробьева Т.В. Указ. соч.

11 Алфавит духовный старца Паисия Святогорца. Избранные советы и наставления. – М.: Святая Гора, 2011. С. 29.

12 Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. Обязанности семейные. – М.: Правило веры, 2005. С. 658.13 Воробьева Т.В. Указ. соч.

Комментарии закрыты