Доброе или злое устроение души устанавливается в человеке преимущественно добрым или дурным воспитанием его в семье

Смотря на ребенка, неспособного еще ни говорить, ни ходить, мы приходим в восторг от одного вида малютки. Кому не приходилось испытывать, как даже самое тяжкое горе, болезненно давящее грудь, будто бы само собою отлегает от сердца, теряет свою жгучую боль при одном взгляде на дитя? У кого в самые трудные минуты жизни, при тяжких заботах, при неотвязчивых тревогах не разглаживались морщины на лбу, задумчивость, грусть, тоска не изменялись в безотчетную веселость, живость, бодрость духа от одной простой ласки ребенка, от его несвязного лепета, от беззаботного смеха и невинной игривости? Известно, что даже самые черствые, жестокие сердца, по-видимому, окаменевшие для доброго, часто размягчались до неожиданной доброты, нежности, милосердия при виде крошек-детей.

Чем же так пленяет нас ребенок? Что скрывается в его душе, что таится в его сердце, чем он невольно и непреодолимо вызывает в нашей душе восторг, разливает в нашем сердце радость? Невинность, чистота души сквозит во всех проявлениях его жизни. Мы чувствуем и видим, что в мире человеческом нет лучших людей, нет никого чище и свободнее от всяких пороков, страстей и злодеяний человеческих, чем дети. Сердца детей – это книга с чистыми белыми листами; на них если и не написано светлыми чертами никаких добродетелей, то не отмечено черными пятнами и никаких грехов. Нет здесь ни зависти, ни коварства, ни хитрости, ни обмана, ни злобы и прочего, чем переполнены души взрослых. При нашем общем омрачении грехами в возрасте зрелости нам отрадно остановиться на образе невинности и чистоты в лице дитяти, и мы невольно называем его ангелом. Даже и Церковь для изображения бесплотных духов – ангелов, херувимов, серафимов – пользуется именно образом детей. Сам Господь наш Иисус Христос с особенною теплотою Своего Божественного вселюбящего сердца относился к детям, строго запрещая ученикам отстранять от Него детей; Он обнимал, благословлял их и указывал всем взрослым на дитя как на образец чистоты, к которому все мы должны стремиться, если только желаем войти в Царствие Небесное. Истинно говорю вам, – говорит Господь, – если не обратитесь и не будете, как дети, не войдете в Царство Небесное (Мф. 18:2,3).

Но смотря на дитя, в котором все так чисто и непорочно, не задаемся ли мы невольно вопросом: что выйдет из него в возрасте его зрелости, будет ли оно послушным сыном или дочерью, утехою своих родителей, трудолюбивым семьянином, полезным членом общества, верным сыном своего Отечества? Или, наоборот – будет причиною горя и страданий для своих родителей, дурным отцом для своих детей, бременем для своего общества, позором для государства? Но зато мы все хорошо понимаем, что добрый или дурной человек выйдет из младенца в зависимости от того, среди каких людей протекут его ранние годы – добрых или дурных, какие уроки будет он получать от окружающих его лиц – полезные или вредные, какие примеры будет видеть пред собою – благотворные или пагубные для его детского восприимчивого сердца. Короче сказать, мы все знаем, что доброе или злое устроение души устанавливается в человеке преимущественно добрым или дурным воспитанием его в семье. Действительно, где человек приобретает самые первые сведения о Творце всего мира – Боге, о себе как человеке, о том, что он должен делать хорошее и доброе, повелеваемое Богом, и чего не делать как дурное, запрещаемое Законом Божиим? В семье, где он узнает ранее всего о своих обязанностях – беречь, хранить, поддерживать свою жизнь честным трудом, повиноваться родителям и почитать их, исполнять общественные обязанности, уважать начальство, соблюдать закон? Конечно, в семье. Святитель Димитрий Ростовский так говорит о детях: «Юного отрока можно уподобить доске, приготовленной для изображения картины: что живописец изобразит – доброе или худое, святое или грешное, то и останется. Так и дитя: какое родители дадут ему воспитание, каким правилам приучат его, с такими он и будет жить». Семья – это первая книга, из которой мы, еще не зная букв и не умея читать, на живых примерах своих родителей и вообще старших лиц, нас окружающих, вычитываем для себя, для своей последующей жизни полезные или вредные правила. Семья – это первый мир, из которого на нашем детском сердце, мягком, как воск, ясно, сильно и глубоко отпечатлеваются разнообразные впечатления, видимые и слышимые нами от старших слова и действия, поступки. Все, наблюдаемое нами в детстве, входит в нашу душу, наполняет ее содержанием и таким образом приготовляет нас для всей жизни или благотворно, или пагубно. Недаром у нас судят о человеке, особенно молодом, по тому, к какой семье он принадлежит, каковы у него родители, братья и сестры. Можно сказать, что весь человек с его дурными или хорошими наклонностями складывается, вся его последующая жизнь предрешается, и не только настоящая, но и будущая, не только земная, но и вечная, за гробом, его воспитанием в детстве – в семье. Вот почему Господь грозит самым тяжким наказанием тому, кто или словом своим, или делом направит душу ребенка к злым мыслям, чувствам, поступкам. Кто соблазнит, – говорит Господь, – одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его в глубине морской (Мф. 18, 6, 7). Почему Господь предрекает столь страшное наказание за соблазн детей к злому, дурному? Потому что этот соблазн есть своего рода убийство, и притом даже худшее, чем просто телесное убийство. Ибо человек, соблазняющий на зло другого, особенно неопытного, неразумного ребенка, губит самую душу его, направляя ее на пути пороков, он уводит ее с правого пути к Царству Небесному и таким образом наносит соблазненному душепагубное убийство.

Священник Иоанн Петропавловский

Священник Иоанн Петропавловский

Если так важно воспитание детей для всей их последующей жизни, если так велика ответственность родителей или вообще старших за дурное воспитание детей, то в чем же должно состоять доброе воспитание детей?

Выслушаем мудрое наставление святителя Иоанна Златоуста: «Обязанность воспитывать детей состоит не в том, чтобы не допускать умереть их от голода, в чем люди, кажется, полагают все свои заботы по отношению к детям. Питать детей учит сама природа без всяких книг и наставлений. Нет, священная обязанность, которой родители в отношении к детям не могут преступить, не сделавшись виновными в некоторого рода детоубийстве, состоит в образовании сердца детей в благочестии и добродетели… Есть отцы, которые не щадят ничего, чтобы доставить своим детям богатое наследство, а чтобы их дети были христианами, чтобы укреплялись в благочестии, – об этом не думают. Жалкое ослепление! Сей-то грубой невнимательности должно приписать все беспорядки, от которых стонет общество».

В чем же состоит первое и главное основание всякого доброго воспитания детей? Во-первых, в утверждении в них твердой, непоколебимой веры в Бога, Творца, нашего общего Отца, хотя не видимого нами, но видящего всех нас, всем управляющего, за всем надзирающего, подающего нам все блага, свято и неподкупно награждающего нас за добро и наказывающего за зло, если не в сей жизни, то в будущей. Вторым краеугольным камнем истинного доброго воспитания служит обогащение души ребенка высокими и святыми правилами чистой, доброй, богоугодной жизни, правилами любви к ближним, почитания родителей, начальствующих и вообще старших, научение их трудолюбию, правде и честности в отношении к другим, воздержанию от страстей, исполнению обязанностей и законов, возлагаемых на человека волею Божией и государственными законами, скромности, незлобию, сострадательности к несчастным. Как веру в Бога, любовь к Нему и страх перед Ним, молитву и покорность Богу во всем, так и уроки доброй, благочестивой жизни мы должны насаждать в сердцах детей, внушать им не просто словом, но и преимущественно, наиболее всего – примером собственной жизни.

Обыкновенно думают, что для образования из ребенка хорошего человека, полезного члена семьи и общества возможно наилучшее обучение его тому или иному ремеслу или мастерству, той или иной работе, или вообще какому-либо занятию, составляющему потребность в общественной жизни людей. И вот, в силу этого предположения, главным образом заботятся о том, чтобы с ранних лет постепенно знакомить ребенка с тем или иным занятием или отдать его в школу, чтобы он вышел оттуда образованным человеком и соответственно своему образованию занял в обществе то или иное служебное положение. Все это, конечно, нужно и хорошо. Но думать, что сын, хорошо обученный какому-либо ремеслу или занятию, способному доставить ему средства для жизни, вместе с этим становится уже и хорошим человеком, будет полезен и себе и другим, найдет в своем ремесле или работе все условия для благополучной жизни, – думать так крайне ошибочно. Главным образом и прежде всего нужно развить в ребенке доброе сердце, направить его волю, его стремления и желания к добру, а потом уже воспитывать в нем хорошего работника или мастера.
Но правильное воспитание ребенка совершается главным образом наставлениями его вере в Бога, в страхе Божием и любви к Богу и внушением ребенку тех правил жизни, о которых говорит Слово Божие.

Вера в Бога – это самый крепкий и надежный якорь, предохраняющий слабую ладью – человека – в бурном море житейском от всяких крушений и бед. Вера в Бога, внушая человеку мысль об ответственности его перед Богом за каждое злое дело, питает и поддерживает в нем детский страх перед Богом как праведным Судией и таким образом охраняет его от дел, противных заповедям Божиим.

С другой стороны, вера, говоря человеку о Боге как всемирном Творце и Помощнике человеку во всем добром, научает его отрадной надежде на Своего Создателя, сообщает его душе радость, твердость, непоколебимость при совершении даже самого трудного дела. Она вливает в сердце человека успокоение и отраду даже при самых тяжелых условиях жизни, при самых невыносимых страданиях и бедствиях. Отнимите у человека отца и мать, братьев и сестер, отнимите все земное, но вложите в его душу непоколебимую, как скалу, веру в Бога, и он не останется сиротой, он не останется без опоры в жизни. Он не будет одинок, хотя бы все люди его оставили. Сам Бог будет ему и беспредельно любящим Отцом, и матерью, и братом, и сестрой. Сам Бог будет указывать ему истинный путь жизни, как бы нести перед ним факел, который будет освещать ему верную и безопасную жизненную тропу и предотвращать его от путей, ведущих в погибель. Поистине, нет лучшего и более ценного сокровища, какое каждый из нас может завещать в наследство своим детям, как вера в Бога, надежда на Него и любовь к Нему. Это три драгоценных камня, которые, если только полученные от родителей сохраняются детьми, при всей их видимой бедности, всегда будут наполнять душу их высшим незримым богатством, при всех их бедствиях и страданиях будут вливать в их сердца покой, мир и радость.

Но, конечно, для того чтобы утвердить такую спасительную веру в душе человека, нужно насаждать ее в нем измлада, еще в ребенке, нужно сеять ее в детском сердце, пока еще оно, подобно свежей неистощенной земле, легко и глубоко воспринимает в себя всякое доброе семя и скоро даст ростки; по посеве нужно поливать в нем эти семена, предохранять их от засухи – словом, нужно неустанно взращивать и воспитывать в сердце ребенка веру в Бога, благоговейный страх перед Ним, надежду на Него и любовь к Нему. «Не говорите, – пишет святитель Иоанн Златоуст, – что в детстве еще не время заниматься верою… Оставьте заблуждение столь предосудительное. Детям-то особенно и нужно преподавать первые уроки веры и благочестия. По самой гибкости ума своего они способны более, нежели взрослые, принимать и сохранять впечатления».

Итак, водите детей в храм Божий, давайте им возможность наслаждаться звуками божественных песнопений, обращайте их взор на чистые лики Спасителя, Богоматери и святых праведных мужей и разъясняйте им, какой дух, какое сердце, какие добродетели скрывались под этими ликами. Внушайте им внимательно слушать Слово Божие как слово жизни. Но не предоставляйте воспитание детей только одной школе: и сами родители для своей семьи, для своих детей должны быть пастырями и учителями. В первые времена Церкви Христовой от притеснений тяжело жилось обращенным ко Христу; и однако самые ранние христиане, жестоко угнетаемые неверными, отличались необычайною высотою духа. Отчего? Оттого, объясняет Златоуст, что «тогда каждый дом составлял церковь, каждый отец семейства был у себя как бы домашним пастырем, который управлял молитвою и чтением Писания и был образцом христианской жизни для своих домашних».

Быть образцом или добрым примером в вере и в жизни по вере – вот священный долг и действительный способ религиозного воспитания детей родителями. Кто не знает, что часто живой пример пламенной молитвы к Богу со стороны родителей производит более сильное впечатление на сердца детей, чем все словесные наставления в вере, и оставляет в их душе неизгладимый след на всю жизнь?

Горе же тем родителям и воспитателям детей, которые оставляют в пренебрежении развитие в детях святого чувства веры в Бога и любви к Нему; горе еще более тем родителям, которые собственною небрежностию к вере, к Церкви, к Слову Божию, к молитве подают соблазнительный пример небрежения верою в Бога и своим детям: они собирают раскаленные уголья на голову их, готовят своим детям гнев Божий на земле и вечные муки в будущей жизни. Они заглушают в детях естественное чувство любви к Богу, отклоняют их от Бога и Царства Небесного. О таких-то родителях и сказано Спасителем, что лучше было бы, если бы повесили на шеи их мельничный жернов и потопили в пучине морской; лучше было бы им претерпеть такое временное наказание, ибо неминуемо грозит им вечное наказание в геенне огненной.

Не много остается нам сказать теперь о том, как должны быть наставляемы дети в добрых правилах жизни. Наставление этим правилам неотделимо от наставления вере в Бога и страху Божию. Христианская вера, уча о Боге, вместе с тем учит и тому, в чем состоит воля Божия или Закон Божий, чему человек должен повиноваться и для своего земного счастья, и для вечного спасения. Пока свежо и чисто, нежно и впечатлительно сердце ребенка – спешите наполнить его добрыми мыслями, вкоренить в него навык и стремление к добру и отвращение ко злу. Объясняйте ему каждый его поступок – хорош он или дурен, и за хорошее одобряйте, а от дурного отучайте. «Как вы будете, – спрашивает Василий Великий, – держать детей в порядке, когда сами ведете беспорядочную жизнь?» Итак, хотите ли, чтобы ваш сын любил вас, был предан вам, послушен? Покажите ему сами пример беззаветной любви в ваших отношениях к вашим собственным родителям, живым и умершим, к вашей жене, матери ваших детей. Вашею личною преданностью своим детям научите их преданности вам; вашим личным послушанием старшим, начальствующим и всякой власти насадите в них семя послушания вам и всем, кому должно. Желаете ли вы, чтобы ваш сын отличался скромностию, трезвостию, трудолюбием, – сами на его глазах будьте скромны, тихи, а не сварливы, трезвы, а не пьяны, трудолюбивы, а не ленивы. Это будут для него живые уроки, и уроки легкие, уже сами по себе приятные для его сердца, и они вызовут в нем подражание вам. Так, лучшая школа для детей в научении их добру – пример, образец добра, представляемый им старшими, родителями или воспитателями.

Мы часто видим, как родители жестоко бьют своих детей за бранные, скверные слова, за пьянство, буйство, леность. Но откуда малютки узнали скверные слова, от кого юноши научились пьянству и лености? От родителей или вообще от старших, заражающих своими пороками младших.

Закончим речь сказанным нами в начале. Детская душа сама по себе так непорочна, чиста и свята, что именно для нее, для такой души, и назначено Царствие Божие: Таковых есть Царство Божие (Мк. 10:14). Благо же тем родителям и воспитателям, которые все заботы и труды посвящают поддержанию и развитию этой чистоты детских душ: Кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царствии Небесном (Мф. 5:19); и горе тем из родителей, которые своею небрежностию о детях и своими собственными пороками вольют в чистые сердца детей грязь и всякого рода развращение: Кто нарушит одну из заповедей малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царствии Небесном (Мф. 5:19). И как должны поступать родители и воспитатели в деле образования и воспитания детей, так же должны вести себя в отношении к детям и все старшие члены семьи: последние должны помогать родителям и воспитателям в святом деле воспитания младших членов семьи под страхом строгой ответственности перед Богом и обществом за небрежение об исполнении этого долга, особенно же за дурное влияние на детей словами и примером.

Протоиерей Иоанн Петропавловский

Справка
Протоиерей Иоанн Дмитриевич Петропавловский (1844–1907) – профессор Московской духовной академии, духовный писатель. Родился в 1844 г. в селе Русилово Тверской губернии в семье псаломщика. Окончил Тверскую духовную семинарию. Из 5-го класса семинарии был направлен в Московскую духовную академию и по окончании академического курса был оставлен при академии в звании доцента, а потом профессора. В 1871 г. женился. В семье отца Иоанна и матушки Анны родилось 15 детей. Почти все дети получили образование в Московском университете. По состоянию здоровья он не смог продолжать профессорскую деятельность в академии и перешел в Москву в приходские священники. Будучи священником, он много занимался научным трудом, писал общедоступные статьи в защиту христианской веры против неверия. Отец Иоанн был прекрасным семьянином. Своим ласковым отношением к детям он заслужил огромную любовь детей к себе.

Комментарии закрыты