Монахиня Серафима (Фомина), мама митрополита Астраханского и Камызякского Никона:
– Отец Наум – человек очень духовный. Ежели что скажет, так потом все и будет. Всю мою жизнь провидел: я рано овдовела – в 30 лет с пятерыми детьми осталась. Он говорил: главное – детей в вере воспитай. Всегда приводил примеры из житий того или иного святого. «Все терпи! – наставлял, – что бы ни происходило на работе или еще где, всегда читай Иисусову молитву, когда можешь вслух, а нет – так про себя твори». Я так и делала. Вел меня и моих детей батюшка всю жизнь духовно. По его молитвам Господь всегда помогал.

Даже гонения какие-то на меня, как верующую, тогда при советской власти были. А батюшка все одно: «Молись!» И сам молитвой поддерживал. Я, бывало, даже ночью еще раньше проснусь, а у меня молитва Иисусова сама идет. Вот так было страшно с детьми одной да без работы остаться – крепко молились. И детям благословлял: пусть дети молятся. И они с малых лет молились.

Будущего митрополита Никона отец Наум воспитывал с пяти лет. Потом Коля (имя митрополита Никона до пострига. – Ред.) уже в сельскохозяйственном техникуме в Пензенской области учился, стипендию там получал – для нас это было подспорье. А отец Наум его вдруг благословляет: «Отчисляйся!» – и дает на это три дня. А дело в том, что мы на его стипендию тогда вообще жили. Что делать? И произошло какое-то чудо: Коле ни с того ни с сего при отчислении выплатили все же всю стипендию. Да и дальше все управилось. По молитве Господь не оставлял.

Вернулся Коля из армии, а тут я уже отцу Науму говорю: «Не благословляй его жениться!» И батюшка как раз за то же: не женись. «Батюшка, и старцы падают, – говорит тогда, помню, Николай, – не знаю, выдержу ли?» «Для Царствия Небесного терпи все!» – напомнил тогда старец.

Монахиня Серафима (Фомина) на панихиде у могилы отца Наума

Монахиня Серафима (Фомина) на панихиде у могилы отца Наума

Так же и дочка у меня монахиней стала. Да и меня батюшка постриг. Я отпиралась: «Да как так, у меня же пятеро детей…» А он говорит: «Ты уже монахиня». Он вообще считал, что человека надо постригать тогда, когда он уже готовый монах: постриг – это как печать на справку.

Ольга Самойлова, духовное чадо старца:
– Не все из чад батюшки Наума все-таки становились монахами и монахинями. Мне он тоже, разумеется, предлагал. Я-то у него с самого детства окормлялась, но, насмотревшись уже на то, как трудно в монастыре, отказалась.

А так, конечно, на батюшку Наума все удивлялись: где ни окажешься, в стране или за рубежом, – везде у него чада. Буквально во всех монастырях. Он еще до открытия обителей провидел, что будет возрождение монашества в стране, – тайно постригал.

Когда я еще школьницей думала о будущей профессии, услышала однажды, как мама подружки говорит:

– Хорошо вот шляпки шить!
– Да, хорошо, – согласилась подружка.
А я думаю: «Да, и гримером хорошо бы».
Приезжаю к батюшке, а он меня как раз спрашивает:
– А кем ты хочешь быть?
– Гри-ме-ром, – робко отвечаю я.
– Тю! В балаганщину эту! Иди в медицину!
– Батюшка, в какую медицину?! Я терпеть ее не могу.
– Иди-иди, тебе понравится!

Так я и пошла по его благословению после 8-го класса в медучилище, окончила его с отличием, потом окончила мединститут. Мне действительно в медицине очень понравилось.

Архимандрит Наум

Архимандрит Наум

Помню, как-то еще студенткой самовольно собралась я было в Одессу. Прихожу к батюшке:
– Вот к подруге поеду, – предъявляю билет на самолет.
– Ну, билет можно сдать, – отвечает он.
– Как это сдать?! – возмутилась я. – Мне отец с таким трудом доставал!
– А я тебя благословляю, – говорит батюшка, – под Пятигорск съездить.

Там местные жители на сероводородном источнике установили баню. Вот поедешь запишешь, какие там микроэлементы, – дает он задание мне.
Я все-таки решила так: лечу в Одессу, а маме покупаю билет до Пятигорска. Подъеду к ней там на местном автобусе. Батюшка нас еще отправил к конкретному человеку:

– Найдете, – говорит, – Марию мирскую.

Я подумала: «мирская» – это фамилия. Приехали мы туда, там огромное селение – как там эту Марию искать? Но каким-то чудом мы с ней встретились. Сделали там все, что нам было поручено, я отправила маму обратно домой, а сама вернулась в Одессу.

Ух и натерпелась я там! Слушаться надо было батюшку! Подруга у меня там попала в больницу, и я вместо отдыха возила ей туда еду, потратила там на рынке на эти продукты все свои деньги… Вот что значит непослушание.

Панихида на могиле архимандрита Наума (Байбородина)

Панихида на могиле архимандрита Наума (Байбородина)

Батюшка не всегда отвечал прямо.

– Можно в среду и пятницу рыбу есть? – спросила я как-то у него.
– А старцы не едят… – ответил он.

Вот и понимай, как знаешь.

То, что касалось будущего, он всегда говорил так тихо-тихо, прикровенно. Так что ты еле-еле что-то услышать мог.

– Батюшка, мне вот сочинение надо писать…
– А ты пиши простыми словами, так и так, – благословил он, и у меня уже больше не было проблем с написанием чего-либо.
Спрашивали, помню, как-то у отца Наума:
– Батюшка, а вы маму свою почившую во сне видели?
– Да, – отвечает, – один раз. Я тогда рукополагаться собрался. «Вот, мама, рукополагаться буду». – «Я знаю». – «А как там в будущем будет?» – «Это тебе неполезно знать».
Так и нам батюшка: открывал только то, что полезно. Учил молиться. А все остальное – вручать в волю Божию.

Подготовила Ольга Орлова

Комментарии закрыты