Беседа протоиерея Валериана Кречетова, настоятеля Покровского храма в с. Акулово Московской области.

Область духовная – очень серьезная, поэтому нужно помнить ту простую истину, что на все вопросы здесь ответить невозможно. Даже наука, разрешая одну проблему, ставит десять новых. Слово «кругозор» означает взгляд на окружающий мир из круга наших знаний; внутри находится известное, а снаружи – неизвестное. Поэтому, когда вопрос касается вещей духовных, то, естественно, неизвестного больше. Не говоря уже о том, что в любой области нужно учиться, а учение, как вы знаете, это не просто информация. То, что человек познает, он еще должен пройти опытом, тогда это – некоторые знания. Слышали это замечательное изречение Аристотеля: «Множество знаний еще не предполагает наличие ума»? А духовная область, естественно, сложнее всего, поскольку в других вещах можно что-то пощупать, а здесь нет.

Господь явил мне такую милость: я общался с людьми духовными и очень образованными. Мой духовник, отец Сергий Орлов в 1911 г. окончил Московскую духовную семинарию, потом Варшавский университет, потом Киевский политехнический институт, ну и наконец, Московскую духовную академию. Иногда я его спрашивал о чем-нибудь, он задумывался, потом говорил: «Да, ну, это как сказать… Всяко бывает…» И я поражался: при такой-то эрудиции, при таких знаниях он не часто давал безапелляционные ответы.

Я помню, как во время песнопений сегодняшнего праздника у отца Сергия из глаз текли слезы: «Богородице Дево, упование христиан…» В этом умиротворенном молитвенном напеве слышится звучание успения, такая тишина. Конечно, эти праздники говорят о том, что духовная жизнь – самое главное. Все остальное тогда отходит, мир отступает. То, что сущностью всего является духовная жизнь, прекрасно выражено в словах Симеона Богоприимца, который говорит Спасителю: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыка, по глаголу Твоему с миром…» Вы помните замечательные слова: «Не старец Мене держит, но Аз держу его: той бо от Мене отпущения просит». Вот сущность нашей православной веры, она здесь ясно и просто выражена. То есть все содержит в Своей руке Всемогущий Бог. А мы – только Его творения, и по Его любви живем. И будем жить – пока здесь, а потом уже в ином мире – тогда, когда нас отсюда отпустят.

Отец Сергий Орлов и отец Валериан Кречетов в Акулове, 1974 г

Отец Сергий Орлов и отец Валериан Кречетов в Акулове, 1974 г

Человек, удалившись от Бога и потеряв духовное видение и чувства, в своем маленьком личном мирке стал эгоистом. Эго – значит «Я». И часто он воспринимает мир из своего собственного состояния. А как говорил преподобный Амвросий Оптинский, все можно понять только взглядом оттуда – как Господь устрояет и как Господь указывает.

Как-то, около 45 лет назад, мы с одним очень начитанным, эрудированным батюшкой говорили о проблемах церковной жизни. И все рассуждения вроде были правильными, но все-таки не укладывались в какой-то строй, душа смущалась. Я спросил об этом отца Сергия, и он ответил: «Ну да, договорились, что про Бога забыли». Митрополит Питирим (владыка был духовным сыном отца Сергия) часто говорил: «Главное в нашей жизни – не мешать Богу». Так просто.

Я сподоблялся причащать одну рабу Божию – болящую Антонинушку из Сетуни, она около 40 лет болела. Когда к ней приходили уже за советом, она спокойно говорила: «Да ты не волнуйся, Господь обдумал». Улыбнется, глаза лучистые – «Господь обдумал». Видимо, именно это и звучит в народных выражениях «Бог передом правит», «что Бог ни делает, все к лучшему».

И поэтому мой родитель, а он прошел тюрьму, Соловки, Кемь, Архангельск в 1927–1931 гг., Царство ему Небесное, в конце своей жизни часто повторял: «Веру нужно укреплять». Эти слова – «Русь, храни веру православную» – имеют очень глубокий смысл. Действительно, эту веру нужно иметь, и эту веру – укреплять.

Вера, как чувство, требует труда и помощи Божией. От нас – труд, от Бога – помощь, результат опять же от Бога. Потому что, когда Господь даст, и какую веру Он даст, это Его святая воля. Но когда мы получаем какие-то дарования, таланты, то все-таки они требуют труда. Общеизвестно изречение: «гениальность – это талант, помноженный на труд».

Всем нам в разной мере дается любовь, но над ней нужно трудиться. О проблеме, которая сейчас существует во всем мире и у нас, в частности, Господь сказал: «Но Сын Человеческий, пришед, найдет ли веру на земле?» (Лк. 18:8), «И от умножения беззаконий во многих оскудеет любовь» (Мф. 24:12).

Против этих добродетелей и идет такая лютая война. Веру стараются поколебать, увести, рассеять, превратить в верования всевозможным земным вещам – прогрессу и прочему. Мой отец говорил: «Надо не верить в Бога, а верить Богу». Вот именно эта вера Богу как Промыслителю, как любящему Отцу, и есть самая истинная, к которой нужно стремиться и которую нужно растить.

Кстати, вера, правда, довольно слабая, в жизни человека все время присутствует. Когда устраивают свою семейную жизнь, все-таки верят, что все будет хорошо. Это не всегда оправдывается, результаты бывают печальные, но, несмотря на это, все стремятся устроить личную жизнь. А вот когда касается веры Богу, а Господь никогда не посрамит, здесь начинают колебаться.

Другое дело, что понятие о благополучной жизни часто бывает причиной разочарования в вере. Вера теряется отчего? Потому что не получается, как хочется. Иногда человек верит в Бога и думает, значит Господь будет давать ему то, что пожелает. Но Господь-то ведь обещает и дает спасение души, а в жизни-то это требует труда, подвига. И неисполнение желаний, к несчастью, часто греховных – чтобы вкусно поесть, лучше одеваться, – видимо, и является причиной того, что человек теряет веру: получается не по его. Народ эту истину православную выражал просто: «Не живи, как хочется, а живи, как Бог велит». Но жить, как Бог велит, – это подвиг. Особенно когда вокруг живут по-иному.

Я всегда вспоминаю один пример, когда молодой батюшка, очень старательный, спросил на встрече со школьниками: «Скажите, дети, что вас в вере смущает?» Ответ был очень откровенный: слишком много запретов. Тогда он поинтересовался: хорошо, ты подходишь, а здесь табличка «Стой, убьет. Высокое напряжение». Запрет? Запрет. Но для того, чтобы ты остался жив.

Отец Сергий Орлов и отец Валериан Кречетов в алтаре Покровского храма

Отец Сергий Орлов и отец Валериан Кречетов в алтаре Покровского храма

Замечательно в этом отношении говорит святитель Николай Сербский, сейчас вышла его книга, написанная в 1933 г., «Царев завет». Царев завет – это завет князя Лазаря Сербского на Косовом поле 600 лет назад. Ему был дан выбор – земное царство или Небесное. Он подумал: земное временно, лучше Небесное. «Ну, раз избрал Небесное, – говорят, – тогда исповедоваться, причащаться – и в бой». Все войско полегло. Он в ужасе. Там есть замечательные слова: «Его израненное тело держалось силой совершенно живой души». Так обычно бывает в жизни: тело служит душе более всего тогда, когда душа о нем не помышляет. Непоколебимый сердцем, но поколебавшись умом, он получает утешение и укрепление. Господь открывает ему, что главное – это исполнение воли Божией. Ангел говорит ему: «Мы, небесные духи, – свободны. Свободны мы в воле Божией, и у нас нет чувства сужения, какого-то стеснения и ограничения со стороны Творца. Потому что мы понимаем: пределы, которые нам положены Творцом, исходят из любви – чтобы нас оградить от худого».

Здесь как раз ответ на один из вопросов, который мне был задан: как воспитывать детей – наказанием или поощрением? Так вот, наказание и поощрение имеют одну цель – воспитание, научение. В славянском языке наказать – это значит научить. «Кого любит Господь, того и наказует» (Притч. 3:12). Учит как? Дает возможность проявить свою свободу, а потом показывает – смотри, куда это привело. Почему Господь прощает? Потому что прежде всего любит человека. Получается, наказание – это чем обернется неисполнение заповеди, а поощрение – к чему приведет ее исполнение.

Интересно, как в свое время моя теща Елена Владимировна Апушкина (Царство ей Небесное, она была духовным чадом отца Алексия Мечёва), слушая меня, молодого священника, сказала: «Хорошо, что ты объясняешь, как нехорошо плохо жить. Но ты еще и расскажи, как хорошо жить хорошо. Что говорить, что все плохо, плохо, плохо. Это понятно. А как же хорошо-то?»

Это действительно то, что необходимо. Грех и его последствия упоминаются в Священном Писании, но больше там говорится о добродетелях. Святой праведный отец Алексий Мечёв упоминал иногда «окаяшку», но больше говорил о любви, о добре. Кстати, этим отличаются духовные беседы, духовное устроение от мирского. Там – это плохо, то плохо. Все правильно, и никуда особо не нужно ходить, чтобы увидеть плоды греха. Но как жить и не грешить, как совершенствовать добродетели – вот это необходимо знать. Помню, много лет назад, по-моему в «Литературной газете», опубликовали статью, в которой были замечательные слова: «Потребность нашего времени – святость».

Чтобы смотреть на грешников, достаточно средств массовой информации или же зеркала для некоторых. А вот святых ищут везде: где бы найти старца какого-нибудь или святого человека? Но тут зеркало не поможет, конечно…

В той статье были очень поучительные слова: противопоставление науки религии – это пример безграмотности. Обычно это делают люди, которые ни в одной, ни в другой области некомпетентны. По крайней мере, в духовной наверняка. Больше того, в сущности вся наука построена на основании духовного понимания жизни. Бог – это то, что непостижимо и недостижимо, но чему все равно нужно уподобляться: «Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48). Наука об этих вещах говорит другими словами. Физика не существует без понятий идеально твердого тела, идеальной жидкости, идеального газа. Идеал, как говорилось в той статье, – это то, что во всей полноте в жизни не существует. Так и духовная сущность: можно почувствовать, но понять невозможно. Отец Василий Серебреников, настоятель Иерусалимского Подворья, как-то сказал: «Мне больше всего нравится в духовных примерах, когда ничего не поймешь». То есть человек начинает переходить в область, почти непостижимую. Даже если взять наш материальный мир – из чего мы состоим? Молекулы, атомы, нейтроны, позитроны, всякие частички. А они из чего? А что такое поля? А чем притягивают они к себе и что это такое? И тут сознание повисает, растворяется в чем-то непонятном. Вот человек устремляет свой взор в голубое небо, представляя себе Вселенную. А что дальше? И опять сознание повисает без опоры. И это в тварном мире. А что говорить о Творце?

Однажды в Переделкине мне пришлось говорить на эту тему с людьми из правительства. Я рассказывал о действии благодати Божией, и мне был задан вопрос: «Святая вода от серебра не портится?» Я сказал: «Простите, но святую воду освящают не только в серебряных сосудах, но и в реке, кресты были медные и деревянные. А что не портится – это факт».

Тогда меня спросили: «А как вы относитесь к полетам в космос?» (ну, вроде в космос летали, ничего не видали). Я говорю: «Созерцательно». И тут мое скромное техническое образование с помощью Божией дало такую мысль. Я поинтересовался: «А как вы относитесь к четырехмерному пространству?» Повисла небольшая пауза, потому что очень сложно было в этом сориентироваться. Я, грешный, немножечко потянул, потом говорю: «Может быть, я задал специальный вопрос и не знаю, насколько вы компетентны в высшей математике?» Хотя сам в ней не особо понимал, но кое-что знал. И они загалдели: «Да мы давно уже учились, все забыли!» – «Знаете, – говорю, – высшая математика допускает существование многомерных пространств». Но чувствуя, что в этом не известном ни им ни мне пространстве плавать бесполезно, я опустился до средней школы. Говорю: «Оставим специалистам математики области пространственные и опустимся в среднюю школу. Существует трехмерное пространство – объем. И двухмерное пространство – плоскость. Если бы мы, наше сознание были плоскими, мы бы елозили по всей этой плоскости и нигде ничего не могли бы найти. Потому что существует еще много плоскостей в третьем измерении». «Но, – говорю, – не поймите это буквально: Бог вообще вне времени и пространства. Хотя даже если рассуждать о пространстве при нашем узком, плоском мышлении – то говорить пока не о чем». Вопросов больше не было.

Протоиерей Валериан Кречетов

Протоиерей Валериан Кречетов

Интересно, замечательно в этом отношении говорил отец Всеволод Шпиллер. Существует богословие вертикальное и горизонтальное. Так вот, некоторые вопросы, которые задают сегодня, – из области горизонтального богословия. То есть забывают про Бога: елозят по плоскости в поисках космических вещей. Смещение иерархии, а точнее, опрокидывание ее порождает те проблемы, которые существуют. Господь, когда Его спросили, какая заповедь большая, ответил: «…возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею: вот первая заповедь. Вторая, подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мк. 12:30–31). Господь не остановился на одной заповеди, а соединил их воедино. Это как раз и есть то самое вертикальное, что относится к Богу, и горизонтальное, что соединяет нас. Все наши дарования ведут нас или вверх, или вниз, или к Богу, или от Бога. Любой талант, даже дар любви, может быть развернут в противоположную сторону. Архимандрит Иустин (Попович) хорошо говорит: «Любовь к человеку без любви Божией есть самолюбие. А любовь к Богу без любви к человеку есть самообман».
Авва Дорофей объяснял: «Когда мы – точки окружности, а Бог – центр, то, стремясь к Богу, мы неизбежно сближаемся между собой. Если же будем двигаться по окружности, то станем к одному приближаться, а от другого удаляться, и можем удалиться от Бога». Поэтому именно сочетание духовного и земного является смыслом истинной жизни. В разных образах, выражениях это есть в Священном Писании. Общеизвестный пример – Марфы и Марии. Сказано: «Мария же благую часть избра» (Лк. 10:42). Благую, но часть. А в полноте – и то и другое. Сначала Бог, а потом уже и ближний, а из своих близких, как говорил отец Алексий Мечёв, нужно делать ближних.

Первое, что дано человеку здесь, на Земле, – это семья. Мы рождаемся в семье. Бытие дается через семью, через отца и матерь. Господь сподобил меня в прошлом году присутствовать в собрании православных грузин после праздника. Там был владыка Пантелеимон (Шатов), который объяснил, что супра – это грузинская трапеза, построенная по принципу ектеньи. Первый тост тамада провозглашает за Бога, второй – за Церковь, Патриарха, потом за народ, затем за усопших, за предков, за семью, последний – за Матерь Божию. И вот, когда дошла очередь тоста за семью, тамада сказал очень грозно, серьезно: «Последний оплот на Земле остался для человека – это семья. Против нее идет война. Происходит разрушение семей, семейных устоев, иерархии родители–дети». Последний момент связан с заповедью «Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет и да долголетен будеши на земли». Поэтому даже земное благополучие обещается только тому, кто будет почитать родителей, – людей, через которых Господь дал ему жизнь. И об этой иерархии нужно помнить. Есть такой замечательный духовный совет: сначала долги отдавай, а потом дары приноси. А наш первый долг перед Богом – мы должны Его любить, отвечать на Его любовь своей. Так говорит Слово Божие.

У меня был интересный разговор с одним ребенком. Пришли взрослые со своими проблемами, и вдруг он задает потрясающий вопрос: «А для чего Бог сотворил человека?»

Это как в таком же возрасте мой сын спросил у мамы: «Почему курочка из яичка, а яичко – из курочки? А откуда взялось яйцо, когда курочки не было?» Это ребенок в пять лет сформулировал. Мама ответила очень просто: «Господь сотворил курицу и велел ей снести яйца». Все встало на свои места. Не стала голову морочить, мол, она была рыбой, потом у нее выросли ноги, сначала она икру метала, потом стала яйца нести…

А здесь ребенок задал вопрос: «Зачем Бог сотворил человека?» Такая высота… Думаю: «Ничего себе…» Дети иногда такой вопрос поставят, что не всякий мудрец сможет ответить. Ну, правда, Господь помог, я сказал очень просто: «Деточка, знаешь, тебе радостно, когда папа, мама в любви? Когда все добрые, друг друга любят? Так вот, любовь не может жить в себе. Истинная любовь должна обязательно изливаться. Поэтому Господь сотворил мир, и это – излияние Божией любви. Господь, Святая Троица, находясь во взаимной любви, пожелал, чтобы и другие живые существа жили в любви. И сотворил по образу своему человека и мир духовный». Ребенок удовлетворился этим ответом.

Поэтому против любви и веры в мире идет война. Когда-то одному ныне здравствующему схиархимандриту, а тогда он был простым монахом, находился в заключении, сказали: докажи нам, что Бог есть. Он говорит: «Зачем мне доказывать, когда вы этим занимаетесь? Вы же называетесь «безбожники». Слово из чего состоит? Корень, приставка, суффикс и окончание. Корень-то – Бог. Вы без Бога себя даже назвать не можете». Но самое главное, что отрицание Бога не есть попытка доказать, что Его нет. Вам хотелось бы, чтобы Его не было. Но Он есть. Поэтому так называемые «безбожники» по сути своей разделяются на две категории – богоотступники и богопротивники. Богоотступник – дьявол, он отступил от Бога. За ним следуют другие, которые противятся Богу.

И люди разделяются на тех, кто с Богом, и тех, кто хочет быть без Бога. Истинная свобода только в Боге, говорит святитель Николай Сербский. А свобода вне Бога или свобода тех, кто не желает признавать Бога, – это злая свобода. Как свидетельствуют Ангелы: «Мы не знаем, чего хотим, до тех пор, пока не вдохновляемся волей Божией. И тогда мы этого хотим».

Когда человек вдохновляется своей волей – это злая воля. Почему необходимым условием прямого следования за Христом, монашеского подвига является отсечение своей воли. Замечательно говорит святитель Николай Сербский: человек думает, что творит свою волю, но своя ли это воля? Да, он выбрал, но из того, что ему предложили. Как человеку: была дана заповедь, ее предложили нарушить, и он выбрал нарушение. А что такое волеизъявление народов? Сначала предложат, потом спрограммируют, затем те проголосуют. Святитель Николай спрашивает: а своя ли это воля, или каких-то духов, или стихий? Это не своя воля. Ведь человек ко многому приучается с детства, к несчастью, воспринимая мир таким, каково его окружение. Люди, выросшие в иных вероисповеданиях, другого просто не знают. Одного святителя спросили: если человек перейдет из Православия в другую конфессию, погибнет ли он? И он сказал смиренно: «Не знаю, но если я перейду, то погибну». «Не старец Мене держит, но Аз держу его: той бо от Мене отпущения просит».

Мы живем и движемся тем, что Господь нас сохраняет. И отпускает, когда сочтет необходимым. Поэтому нужно прежде всего молиться, просить помощи Божией. Нам оставлена Церковь. Молитва должна быть непрестанной и во всякое время, но особая молитва – в храме. «Господь везде сый и вся исполняяй», но здесь особое присутствие благодати Божией, здесь – Ангелы, святые. Раньше, когда приходили из храма, говорили: «Бог милость прислал». Это духовное состояние люди старались сохранить, донести до дома, чтобы была умиротворенность.

Замечательно говорил отец Сергий Орлов: «Души нужно перестраивать на евангельский строй». Видимо, кто-то услышал это, появилось понятие «перестройки». Правда, немножечко недопоняли, что он имел в виду. Это как отец Иоанн (Крестьянкин) сказал: «Все берется из Церкви, только иногда с ошибками или по-своему понимается». Но сущность все равно остается, первообраз есть.

Записала Ольга Каменева

Комментарии закрыты