Кризис православного образования в средней школе.

Поднимая вопросы семьи, мы должны говорить о тех основных целях, ради которых создается семья, воспитываются дети, живут люди в этом мире. Потому что все определяется тем, какова цель, смысл человеческой жизни. А смысл и цель человеческой жизни осмысляется в категориях мировоззрения. И можно называть много разных видов мировоззренческих оснований, но я думаю, что все виды мировоззрения можно разделить на две категории: это мировоззрение глобалистическое и мировоззрение вселенское.
Если в этимологию слов вдумываться, то понятие «глобалистическое» идет от латинского слова «глобус»: глобус – шар, Земля. То есть глобализм – это власть над земным шаром, над земным бытием.

И на первый взгляд это мировоззрение возникло в XX веке как экспансия новых сил – западных, зарубежных, американских. Но на самом деле, я думаю, что это мировоззрение возникло гораздо раньше и укрепилось как вырождение некой религиозной идеи. Оно возникло, когда Господь пришел на землю и сказал: «Не мир пришел Я принести, но меч» (Мф. 10:34). И Крест Христов разделил всех людей на глобалистов и христиан. Первые глобалисты – это иудеи, не принявшие Мессию. Когда пришел Смиренный и Кроткий, говоривший: «Мое Царствие не от мира сего есть», – им это пришлось совсем не по душе, потому что ожидали они мирового господства. Ждали, что придет Царь и к их ногам положит все царства, все народы земные и сделает их властелинами мира. Так они понимали свое богоизбранничество. Когда иудеи между Небесным Царством и царством земным, между Царем Небесным и царем земным все же выбрали земное, тогда и было положено начало глобализму. То есть у идеи глобализма обязательно есть некоторое религиозное оправдание для тех, кто ее выбирает. Это религиозное оправдание существует в иудаизме: иудеи до сих пор считают себя способными управлять всем миром и полагают это целью своей жизни и Богом данным заданием. Эта идея распространяется и в национальных взглядах, и в неких экономических, финансовых представлениях, которые таким образом тоже становятся религиозными.

Глобализм проявляется там, где одна часть людей считает себя Богом избранными по какому-то принципу. Если евреи считают по крови, по вере, то американцы – по богатству: таков протестантский дух, так их учит протестантское мировоззрение. Идея американского протестантизма такова: если Бог тебя любит, значит, ты должен быть богатым и процветающим. Потому на Западе так важно количество этажей в твоем доме, наличие бассейнов, дорогих машин, количество долларов на счете: богатство – это признак любви Бога к тебе. Это как бы признак святости, богоугодности. И поэтому они уверены, что «Бог любит Америку» – потому что она процветающая. А все, кто не живет, как в Америке, это люди скорее грешные, маргинальные, которых надо или спасать, или поддерживать, или направлять и учить этой жизни. И американцы искренне полагают, что хорошо бы весь мир привести к своему идеалу. Это опять проявление некой религиозной идеи, но извращенной, упрощенной, приземленной. И эта религиозная идея дает основания для того, чтобы нести, как они говорят, «свет демократии» другим народам. Идея глобализма появляется там, где у народа возникает сектантское представление об особой своей избранности.

Архимандрит Георгий (Шестун)

Архимандрит Георгий (Шестун)

Не будем углубляться в тему глобализма: кто хочет подробнее изучить процессы глобализма, читайте труды известного философа, политолога, публициста Александра Сергеевича Панарина. У него есть прекрасные работы по этой теме – «Искушение глобализмом», «Агенты глобализма», – где он исследует проявления и развитие глобалистического мировоззрения в историческом контексте и в наше время. Надо заметить, что философы, как и большинство ученых, боятся выходить за рамки «глобуса», за рамки жизни земной и поэтому ищут противодействие глобализму именно в перспективе земной жизни. Они считают, и в трудах Панарина мы это отмечаем, что на пути глобализма стоят сейчас традиционные национальные государства. На деле мы видим, что такие объединения достаточно легко разрушаются. Разрушаются государственные союзы, разрушаются национальные государства, разрушаются даже цивилизационные основы жизни. И цивилизации тоже разрушаются. Получается, казалось бы, что в этом мире нет ничего, что могло бы противостоять глобализму. Глобализм несет в себе разрушительный «просвещенческий» момент пацифизма и толерантности: все люди – братья, все равны, врагов не должно быть, границы и любые разделения нужно разрушать, запреты – отменить. И этот некий романтизм придает особую энергетику глобализму. Но мы видим, к чему приводит вся эта борьба за права человека и пропаганда всеобщего равенства: к тому, что «равнее» всех уже стали всякого рода меньшинства, диктующие и навязывающие большинству свой подчас уже патологический образ жизни.

У глобализма есть и другие составляющие. Мировоззрение глобализма давно уже охарактеризовал преподобный Авва Дорофей: есть три «с», присущих земной жизни, – это славолюбие, сребролюбие и сластолюбие. Глобалисты рвутся к власти, но это сокрытый уровень их деятельности. Глобалисты противопоставляют себя всему миру и считают, что они выше некоторого «туземного» сообщества, в котором они живут. Коренные сообщества могут быть по численности больше сообществ с глобалистическим мировоззрением, но глобалисты все равно рвутся к власти над ними. Так проявляется славолюбие – одна из греховных особенностей, которая переходит и на личностный уровень в виде эгоцентризма, эгоизма. Следующий греховный корень – сребролюбие, которое приводит к устремлению занять какое-то особое место и положение, чтобы свободно пользоваться комфортом этого мира. Ну а сластолюбие – это забота о внешней, плотской, земной жизни больше, чем о внутренней, духовной, вечной. Поэтому и характеризуется современное западное общество, как общество потребления. При этом все потребляют по-разному: кто-то власть «потребляет», кто-то «потребляет» экономику, капиталы – все, что принадлежит миру, а кто-то потребляет лично для себя удобства и комфорт мира.

Мы, в принципе, все воспитаны в этой атмосфере, потому что большевики по духу – типичные глобалисты, и Советский Союз был опорой глобализма. Ведь идея мировой революции – это же глобализм в чистом виде. Все традиционное, все национальное – все бросается в этот огонь. Любое государство, каждый народ большевиками мыслится только как ресурс для разжигания пожара мировой революции.

Некоторые говорят, что христиане – тоже глобалисты: вы, мол, хотите, чтобы весь мир стал христианским. Но в этом утверждении большая ошибка. Потому что у Церкви есть совсем иное понятие – понятие «Вселенская». Православная Церковь – Вселенская, кафолическая. Но если мы заглянем в словари… Правда, сейчас можно найти и такое определение современных «богословов»: «Вселенская Церковь состоит из ряда поместных церквей». Такое вот упрощенное определение вселенскости, Вселенской Церкви. Что же тогда значит «Вселенское»? Вселенское – синоним Всемирного. Значит, опять глобус, Земной шар, опять глобализм? Но дальше – славянский вариант: «Вселенная» от слова «вселение» – то, что заселено. То есть «вселенское», как и греческое понятие «ойкумена», – это заселенная часть мира, обитаемая часть мира. Но это опять материальный подход.

Попробуем осмыслить с церковной точки зрения. Полагаю, что понятие «обитаемая часть мира» и является сутью вселенского мировоззрения. Но, говоря о части мира, какой мир мы имеем в виду? Православие знает, что смерти нет, есть лишь переход в иной мир, в иное бытие. Существует Церковь земная и Церковь Небесная. И поэтому понятие «вселенское» в Православии обозначат не глобальное, не всемирное, а то, что выводит наше бытие – и социальное, и национальное, и личное, и духовное – за пределы земной жизни. То есть мы являемся уже представителями не только мира земного, но и мира святых, мира Ангелов, мира Божественного, Небесного Царствия, поскольку это тоже заселенная людьми часть мира.

Русский человек, православный человек, следуя Божией воле, жил на том пространстве, которое Господь ему даровал. И заселил 1/6 часть земной суши. Некоторые области даже отдал на освоение американцам: Аляску, Калифорнию. Но жизнь человеческая коротка. Святые отцы говорят, что жизнь, как пар: не успел родиться, как уже и уходить пора. И русский человек, как привык по жизни, идет опять осваивать, заселять новые пространства, которые Господь ему благословил, те, что уже за границей земного бытия, – Царство Небесное. И сколько чудных русских святых в этом Царстве! И поэтому Церковь нашу называют Вселенской – заселенной людьми православными, то есть Вселенная – это понятие не географическое. Господь сказал: «Царство Мое не от мира сего» (Ин. 18:36). И мы уже «не от мира сего»: мы пришли в этот мир, но мир этот нами не владеет. Мы живем в этом мире, но не мир хозяин нам, потому что мы – Христовы, мы – Божии. Мы, как странники, пройдем по этой жизни, сделаем то, что Господь нам повелел, и пойдем дальше – заселять те пространства и трудиться там, где Господь опять нас призовет.

Когда Господь сотворил человека, чтобы он пребывал вместе с Ним, то даровал ему Вселенную и вечность. Когда же человек совершил грехопадение, то есть решил жить по своей воле, он лишился Вселенной, ограничившись землей, и вечности, попав в плен времени, став смертным.

Воскресение Христово разорвало путы пространства и времени, открыв эту клетку, пленившую душу человека. Но многие сейчас не желают выйти из той «золотой клетки». Ведь выйти из этого плена можно только со Христом и во Христе. Глобалисты – люди, которые или не приняли Христа, или отказались от Него.

Наша православная ойкумена не глобалистическая, она вселенская. Это мир, в котором пересеклись время и вечность. Это мир, в котором соединились люди, живущие на этой земле и уже с нее ушедшие. Это мир, в котором присутствуют и человек, и Небесные Силы. Таково вселенское мировоззрение – православное, христианское представление о мире. И все, что лежит за рамками Церкви, несет в себе дух глобализма.

Глобализм не может противостоять вселенскому миробытию. Почему не может? Потому что «система координат» у него не та. У глобализма есть некая тоска по исполнению Божественного замысла. Захватили, допустим, Землю, а что дальше-то? Смысл всего этого каков?

К тому же захватить земное пространство – это еще не обладать Вселенной. Каждому известно, что на земле все временное. За обладание природными ресурсами воюют народы и государства – чтобы свободно их потреблять, чтобы электричество было, самолеты летали, машины ездили. В плане материальном никаких энергетических ресурсов навсегда всем не хватит. Но даже на эту проблему у вселенского мировоззрения взгляд иной. Потому что энергетический потенциал вселенского бытия – это Благодать Духа Святаго. Это возобновляемый потенциал, он восполняется через стяжание Благодати Духа Святаго. По словам преподобного Серафима Саровского, стяжание этой благодати – главная цель христианской жизни. Таким образом, в отличие от глобалистического общества потребления, общество вселенского мировосприятия – это общество служения, общество аскетического духа. В основе его – любовь, жертвенность, воздержанность.

Поэтому, когда мы говорим о семье, вообще о России, о нашем народе, о нашем будущем, то должны понимать, какое же мировоззрение мы должны иметь, нести в себе, передавать и воспитывать в наших детях.

Думаю, нашему воспитанию, нашему образованию не хватает самого главного – аскетического момента. Речь здесь не только о внешней аскетике, а об образе жизни – аскетике мысли, аскетике духа, аскетике воздержания плоти. Совершенно очевидно, что светское, культурологическое направление образования эту задачу не выполняет. Ну знают дети что-то о Православии, знают они про Церковь… Разные баптисты, евангелисты вообще Священное Писание наизусть помнят, а польза им от этого какая?

В своих планах по духовно-нравственному воспитанию детей и молодежи мы надеялись на школу, чаяли, что войдем туда со своими программами, как-то будем нести дух церковности, дух молитвы, дух аскетизма в рамках системы образования. Не очень получилось, не представилось возможности… И сейчас стало совершенно очевидно: этого и не будет. Что же в данный момент нам остается, исходя из тенденции развития современного образования? Остается нам самим воспитывать в детях вселенское мировоззрение. И не только мировоззрение, а просто воспитывать их во вселенском духе вне системы образования.

Думаю, что особенность вселенского мировоззрения заключается и в следующем: мы полагаем, что люди не рождаются духовными, вечными, святыми, но они рождаются потенциально имеющими возможность стать такими.

С братией

С братией

Русским мало родиться – надо еще русским стать. И программу воспитания, которую сейчас нам следовало бы разработать, можно кратко назвать «Как стать русским». Как стать русским – значит, как воспитать русских детей, как думать по-русски, как жить по-русски, как строить социум, хотя бы маленький вокруг себя, по-русски. Как относиться друг к другу, помогать ближним, как спасать свою душу, исполнять волю Божию. Вот чему надо учить детей и учиться самим. Самим знать и уметь, потому что дух передается духом, здесь одними словами детей не научишь.

Уже некоторые наметки, какие-то необходимые направления стали прорабатываться. Одним из таких подарков стала книга «Несвятые святые» митрополита Тихона (Шевкунова). Прочитав ее, уже можно хорошо представить, что такое русский тип, русская душа, русское монашество, что такое церковный дух, преданность воле Божией.

Есть фильмы хорошие. Например, фильм про жизнь преподобного Паисия Святогорца. Отец Киприан (Ященко) рассказывал, что когда студенты Свято-Тихоновского университета подошли к могиле отца Паисия, поцеловали крест, то вдруг начали плакать и каяться ему. И все, кто был, – все плакали и каялись. Тут открывается уже такая связь времен – связь вечности и настоящего! А глобализм разрушает связь времен. Для него история, время и традиции вообще непринципиальны. Он, наоборот, все модернизирует. А что такое – модернизация? Это разрушение традиционных связей: «мы все разрушим и какой-то новый мир построим».

В этом отношении очень хорошо вроде бы выглядят национальные государства. Но обратимся к исследователям в этой области, например, к Алексею Михайловичу Величко, автору многих работ по истории Византии, выдающегося труда в 5 томах «История Византийских императоров». Величко – юрист по образованию, но его увлечение – Византия, и он давно исследует церковно-государственные отношения. Он поставил перед собой вопрос: почему в средние века народы Европы, имея достаточно сформированное государственное сознание, политическое сознание, не смогли создать полноценных национальных государств? Если посмотрим даже XVIII век, в Европе большинства государств и в помине не было, которые сейчас мы воспринимаем как древние. Это интересный феномен. А в то же самое время империя – это была Византия – обладала прекрасным политическим, психологическим, духовным уровнем бытия. И он отвечает на этот вопрос так: предкам современных европейцев в начале эпохи средневековья создание национального государства просто в голову не приходило. Они были воспитаны в духе империи, государственного вселенского мира, на просторе Вселенской Церкви. Они просто не могли, не умели мыслить националистически. Они не представляли национализм в рамках какого-то государства. Считали это оккупацией, кощунством: как бы у Бога отнять часть земной территории, где Господь несет Свой свет, и присвоить ее себе. Вся Европа вышла из Первого Рима и Второго Рима. Европа – это наследие великой Римской империи. Когда Первый Рим пал, то на осколках этой империи все равно была создана империя. Имперское государственное устройство европейцы старались сохранить.

Но как империя относилась к иным народам? Были народы, готовые жить в империи – способные к культурному преображению, к религиозному преображению. Такие народы без затруднений входили в состав империи. А другие? Были, конечно, некоторые народы, сложившиеся в собственную социальную структуру, с боевым национальным духом. Чтобы с ними не воевать, старались с ними дружить. При этом император легитимно их вождю давал звание короля. Этот король был другом, союзником империи. Но никогда не был выше императора. Королевская власть была все равно вассальной по отношению к императору. Поэтому европейские короли никогда не чувствовали себя руководителями отдельных государств, они всегда чувствовали принадлежность к великой империи. То есть имперский дух был и у правителей этих образований, и у народа. Поэтому когда народы возрастали во Вселенской Церкви, во Вселенской империи (империя – это был весь цивилизованный мир в то время), то для них создание национальных государств было непонятно и чуждо. Национальное государство в их представлении – это оккупация вселенской части мира какой-то отдельной группой людей. Они представить такого не могли. У них даже не было сформировано государственное национальное сознание.

Поэтому национальные государства складывались постепенно, путем отрыва от имперской власти, но и отрыва от Вселенской Церкви. И национальные государства были в основном порождены революциями, когда разрубалась последняя ниточка, связывавшая национальные государства со вселенскими империями и Вселенским Православием. Эта ниточка – уничтоженные европейские монархии. То есть чтобы создать национальное государство, нужно было уничтожить монархию. Та Европа, которую мы сейчас наблюдаем, это Европа национальная, практически лишенная связей со вселенским сознанием, преданием, мировоззрением. Национальное государство порождается противодействием другим народам: приходится защищать свою среду обитания от мигрантов, ограждать свои территории от притязаний. Все это – порождение военно-агрессивного мышления, истоки которого – в революционном духе.

То же самое произошло и с Россией. Но поскольку империя наша была очень велика и мощна, хоть и разрубили ниточку связи, а вот изменить мировоззрение разом оказалось не под силу. И по сей день к этому прикладываются все старания. Взять хотя бы новый закон «Об образовании», который сейчас разрабатывается, – он все дальше и дальше уводит нас от возможности свидетельства Православия в этом мире.

Как возникла христианская цивилизация? Как произошло преображение Римской империи в православную империю, а затем в Византийскую империю? Христиане во все времена и во всем мире жили между двумя полюсами: первый полюс – это мученичество, второй – это отпадение от Христа. Это две крайности в нашей жизни: стать мучеником или стать христопродавцем. Каждый христианин живет между мученичеством и апостасией. Но существует средний – «царский» – путь, который все же позволил людям жить в этом мире: это христианская цивилизация. Все, что мы в этом мире пытаемся освятить и сделать христианским, – это попытка идти «царским» путем, уйти от тех двух крайностей. Если не будет православной христианской цивилизации – мы обязательно станем мучениками. Кто не выдержит – встанет на путь апостасийного мира.

И борьба сейчас идет за православную христианскую цивилизацию. Ведутся попытки отбить ту часть мира, в которой мы могли бы жить нормально. Эта часть мира все сужается и сужается. Одно из направлений нападения – мир семейный. Ювенальная юстиция, планирование семьи, развращение детей – все новые и новые удары наносятся по семье. Даже мир сакральный, личностный – и тот начинает разрушаться. На наше сознание оказывается колоссальное давление.

А уж что говорить про систему образования! Это область, из которой христианство просто изгоняется, а если и дают нам какую-то возможность, то эта возможность больше мифическая, поскольку затем используется весь административный ресурс, чтобы результат свести к минимуму.

И мы сейчас с вами находимся в особом положении, потому что стоит вопрос уже о выживании, просто о выживании христианства в этом мире.

В наше время даже национальное государство можно считать неким прорывом. Почему? Потому что глобалисты абсолютно не чтят историю, намеренно разрывают связь времен. А национализм «приватизирует» часть истории, присваивая ее себе. Например, как сейчас Украина присваивает себе часть нашей Святой Руси. Странно звучит «украинский святой», «украинский писатель» – ведь все они русские. Это присвоение – на первый взгляд дело неплохое, потому что хоть что-то в истории останется, хоть какая-то традиция будет храниться. Но если идет погружение в национальную часть традиции все дальше и дальше, то это, во-первых, уже есть попытка отгородиться от всего остального мира, сохранить только что-то «свое» (как у глобалистов: мол, все вокруг не наши, все хотят нашу жизнь разрушить), а во-вторых, это попытка освободиться и от общей духовной истории.

Что, например, произошло в конце концов с Византией? Когда ромеи, римляне – державный народ, имперский народ – стали ощущать себя только эллинами (а «эллин» – это было ругательное слово, означавшее язычника, а не христианина), то они потеряли имперский дух, а затем и Византию. И во главе национального преображения Византийской империи были греки, и возглавлял их Патриарх, который хоть и назывался Вселенским, но уже стал по сути греческим. А имперскую, вселенскую идею нес император.

Создание национальных Церквей есть одно из орудий глобализма по разрушению вселенского мира. В связи с этим та реформа, которая происходит сейчас в Русской Православной Церкви, – это обратный процесс. Очень важно, что поддерживается некая дистанции от государства; создаются новые епархии, которые не совпадают уже с границами губерний; Украина отстаивает пребывание в рамках общего пространства Вселенской Церкви; в Средней Азии создаются метрополии; произошло воссоединение с Русской Зарубежной Церковью. Все это свидетельствует, что вселенский характер в Русской Церкви сохранятся, то есть это не национальная Церковь.

Попытка разрушения вселенского характера Церкви идет на уровне попыток разрушения иерархии. Но дух всей Церкви разрушить невозможно, потому что кроме иерархов есть еще кельи, пещеры, горы, пустыни, где идет молитва. Есть семьи, в которых воспитываются дети, где им передается православный дух.

Вселенское – это связь вечности и времени. Христос есть вечность, с Ним вечность вошла в этот мир. Поэтому на богослужении мы не говорим о Нем в прошедшем времени, например, что «Он родился», но говорим «Он рождается». Он рождается всегда, снова для каждого человека. Это соединение вечности и времени в Православии всегда существует. Глобализм же тоже пытается выйти из потока времени, стать вне времени. Но вечность он не знает и найти не может, поэтому это очень несчастное мировоззрение, которое приводит людей к унынию: добился какой-то своей цели, а дальше что? Как часто бывает в западном обществе: добился своей цели, а дальше подумал-подумал – все, нет в жизни смысла и жить не стоит. И часто очень успешные люди на Западе кончают жизнь самоубийством, потому что успеха достигли, а для чего все это, непонятно: вечности нет, смысла нет.

Сейчас одна из самых принципиальных задач нашего семейного воспитания, системы образования – это воспитание вселенского духа, вселенского мировоззрения, отличного от того, в котором мы воспитывались и жили и сейчас еще живем. Исключительно светские образование и воспитание с этой задачей не справятся. Светское – это все равно глобалистическое. Понятие «светский» отражает всего лишь некий элемент просвещения, получение информации, но «знания умножают печаль». Для нормальной жизни человеку одного этого недостаточно, а только прибавляются печали в его жизни. Нам нужно вернуться от информации к знаниям, а от знаний – к истине. А истина есть Христос.

Поэтому, когда Святейший Патриарх Кирилл говорит, что надо воцерковлять всех, это означает, что надо у всех пробудить вселенское мировоззрение. Пробудить связь вечности и времени, связь истории и традиции. Традиция, о которой мы все время говорим, – это и есть как раз часть основания вселенского мировоззрения. И традиция непоколебима. Нужно понимать, что не традиция меняется, когда меняются времена и нравы, а меняется форма передачи этой традиции. Когда мы говорим об особенностях нашего времени, то подразумеваем вопрос, как остаться православным в наше время. Вот это и есть самое главное. Как остаться православным, вопрос стоял что в XV веке, что в первые века христианства.

Как остаться православным – вот о чем мы должны думать. Не стоит вопрос, что нам сегодня не обязательно быть православными. А ведь многие в мире так сейчас и думают, что времена сменились, и теперь можно вот так по-протестантски жить, по-католически жить немножко, можно по-иудейски, хоть йогой заниматься, хоть каббалой, а можно вообще ничем – как хочешь, так и живи. Мы потеряли основу нашего бытия, в отличие от наших предков, которые мыслили имперски, мыслили вселенски и не опускались до уровня лишь какого-то личного присутствия в этом мире, а возвышались до жертвенного подвига. Для православного человека по-прежнему идеалы в жизни – сохранение империи, которая существует, имперского духа.

Следует рассмотреть и такое понятие, как титульная нация. Мы сейчас часто слышим, что русский народ – титульная нация. Это неверно: титульная нация бывает только в национальных государствах. При создании Российского государства титульной нацией были славяне. И когда все виды славян опустились в Крещальную купель, получился русский народ. Крещеный, русский. То есть русский – это не этническое понятие. Когда наши политики говорят, что русские – самый большой этнос, это неправда. Русские не этнос, русские – это державный народ.

И поэтому к той программе, о которой мы уже говорили, нужно добавить еще одно понятие: «Как стать русским и как русскому народу стать державным народом». Вот такова наша программа воспитания и образования на ближайшее время.

Быть имперским народом – это особый образ жизни. Если глобализм – это жизнь для себя, то жизнь державного народа – это жизнь для других. В первую очередь – для Бога. Во вторую очередь – для всех остальных, живущих на этой земле. Это забота о других. Это не возможность дать равенство и власть любым меньшинствам, а настоящая забота об их благе в истинном, духовном понимании. Ведение их к просвещению, к культуре, ведение их в цивилизацию, введение их в традицию.

В этом отношении понятия «державное мировоззрение» и «русский народ» являются вселенскими. Потому что в русский имперский народ можно войти, как входит в него множество народов: и мордва, и чуваши, и татары, и евреи. Есть русские татары и нерусские татары, есть русские славяне и нерусские славяне и т.д.

Вопросы вселенского и глобального – главные на сегодня в образовании и воспитании, в семье и педагогике. Как бы мы ни бились за просвещенческий светский момент в образовании, все же он не изменит ситуацию, потому что надо менять жизнь. А жизнь, как мы уже говорили, может быть построена на одной из двух мировоззренческих основ. Мир глобализма для неокрепших душ выглядит романтически-заманчивым: как идеал его – современные молодые люди, ухоженные, с гаджетами, со знанием языков, с опытом политической деятельности. Или мир вселенский, где смерти нет, где мы живем по Божией воле, исполняя свое высокое христианское предназначение.

Чтобы исполнить волю Божию, ее надо сначала понять, а понять ее можно опять же в церковном мире, в духовном мире, войдя во вселенское пространство. Как воцерковить наш народ? Как воцерковить себя? Как воцерковить наши семьи, наших детей? Это вопросы вселенского масштаба. Иначе мы не выживем. В вечном смысле. Так-то жить можно, но скучно… И я желаю вам, чтобы исполнили эту данную вам Божию волю и стали святыми.

***
История XX века, история большевизма – это часть нашей истории. Так же как периоды правления Муссолини для Италии или Гитлера для Германии. С экономической точки зрения нацистские лидеры преуспели даже больше, чем большевистские, и при их руководстве проблемы, например, медицины и образования народа решены были лучше, чем в Советском Союзе. Для Италии Муссолини сделал много хорошего: дороги, больницы, университеты и школы, снижение безработицы и т.д. Он достиг в стране значительного роста экономики и вел весьма успешную социальную политику, но почему-то итальянцы не ставят ему памятников. Да и время правления Гитлера в Германии – заметная часть немецкой истории. В экономическом плане Гитлер поднял страну на колоссальную высоту, но вы не увидите в Германии ни одного памятника фюреру или улицы, названой в честь Геринга, Гиммлера или Геббельса.

Может быть, и нам пора понять, что цареубийцам, террористам, людям, залившим кровью миллионов жертв нашу землю, разрушавшим наши святыни, проводившим геноцид русского народа, отбросившим развитие нашей страны на сотни лет назад, нельзя ставить памятники и нельзя называть их именами улицы и площади?

Экономика экономикой, но если государственный строй кровожадный, то никакое бесплатное здравоохранение и доступное жилье в расчет не идет и не может ничего оправдать. Экономика развивалась, но что делали эти власти с людьми? Строй признавал только «нового человека», отвечающего определенным требованиям. В этих условиях каждый выросший в исторических традициях и стремившийся сохранить веру рассматривался как враг – его либо истребляли, либо жестоко третировали, делая изгоем.

Да и сейчас мы видим почти то же самое и на Западе, и в нашей стране. Экономически Церкви у нас сейчас живется легче, чем в советские времена: есть возможность строить новые храмы, восстанавливать древние. Но православие пытаются представить лишь как некую этнографическую коллекцию: золотые купола, иконы, красивое пение. На деле же, когда касается самого главного, по-прежнему верующие третируются, их мнение властями практически не учитывается, большинство запросов сразу вызывает неприятие на основании все тех же большевистских понятий об отделении Церкви от государства. Нас всячески ограничивают в возможностях возрождать традиционный уклад жизни, воспитывать и учить детей и молодежь на христианских нравственных началах, хранить семейные ценности, служить своей Родине. Мир стремится купить наше духовное первородство за чечевичную похлебку материальных благ.

Конечно, многие живущие сегодня помнят только большевизм хрущевско-брежневского периода, который не менее жестоко относился к православным людям. И в те уже мирные годы наш народ по-прежнему жил скудно по той причине, что огромные государственные средства и ресурсы, как и прежде, отдавались революционным режимам по всему миру на раздувание «пожара революции» в разных концах планеты. Были социальные гарантии, были бесплатные образование и здравоохранение, но по-прежнему все в стране направлялось на формирование «нового человека», который люто ненавидел и смертельно боялся родной великой православной культуры и истории – наследия Святой Руси. Такие люди и сейчас не могут «поступиться принципами».

И сейчас у власти во множестве стоят не некие новые для страны «демократы», а эти же люди, которые продолжают разваливать страну, выращивать по своим параметрам «нового человека», все государственные ресурсы, материальные и человеческие, пуская на свои цели.

Сегодня жизненно необходимо для нас научиться называть исторических личностей своими именами: предатель значит предатель, террорист значит террорист, кровавый тиран значит кровавый тиран.

Моисей водил свой народ по пустыне 40 лет. Может, и нам придется подождать еще 20 лет, чтобы ушли те, кто еще верит в «большевизм с человеческим лицом», и чтобы выросло поколение, принявшее Христа, тем самым вырвавшееся из пут земного пространства во Вселенную и освободившееся от страха быстротекущего к смерти времени, обретя во Христе бессмертие и вечность.

Архимандрит Георгий (Шестун)

Справка
Архимандрит Георгий (Шестун), доктор педагогических наук, профессор, академик РАЕН, заведующий межвузовской кафедрой православной педагогики и психологии Самарской православной духовной семинарии, наместник Заволжского монастыря в честь Честного и Животворящего Креста Господня, настоятель Троице-Сергиева подворья г. Самары.

Комментарии закрыты