В 2018 г. 75 лет отметил руководитель театра «ГЛАС» Никита Сергеевич Астахов. В 2019 г. отметит юбилей директор театра Татьяна Георгиевна Белевич. В 2019 г. и сам театр «ГЛАС» отметит свое 30-летие. О том, как живет этот национальный театр, о русском театре вообще мы говорим с создателями театра «ГЛАС» Н.С. Астаховым и Т.Г. Белевич.

– Никита Сергеевич, Татьяна Георгиевна, исполнились ли ваши мечты об устроении театра?

Татьяна Георгиевна: Театр создан! Он живет и набирает силу. В 2018 г. успех сопутствовал театру и на родной сцене, и на гастролях – Санкт-Петербург, Париж, Берлин, Калининград, Варшава, Белград. Театр состоялся со своим неповторимым лицом.

Не состоялось до сих пор помещение для театра. Реконструкцию на Малой Ордынке остановили, землю забрали, а взамен что? Фактически пока негде нормально трудиться.

– Как вам удается добиться столь подлинной игры от молодых актеров? К примеру, спектакль о Великой Отечественной войне «Спасибо деду за Победу!» актеру Даниилу Коробейникову удалось сыграть – как прожить. А исполнение военных песен создает эффект полного присутствия в том времени. Тем более что актерам чуть больше двадцати. Совсем как тем ребятам, 1920 г.р.

Т.Г.: Мы понимали, что, делая спектакль о войне, надо брать к постановке новое, неизвестное и очень личное. Мой отец ушел на фронт из 10-го класса. Мальчишка 17 лет, в 18 лет из танкового училища – на фронт. Я задумалась: а как у других? И мы попросили актеров принести все, что сохранилось у них дома о войне – письма, фотографии… Надо было уяснить, что это коснулось каждой семьи. Наш актер Дима Веселовский принес дневник своего деда. Он сохранился чудесным образом, потому что на войне нельзя было вести дневники. И мы на базе этого дневника насытили спектакль всем остальным. Разговаривали с актерами так: «Ребята, это не про кого-то когда-то, а это про нас с вами». И заработало на уровне генной памяти… Спектакль «Спасибо деду за Победу!» получил Гран-при на разных фестивалях.

Великая княгиня Е.Ф. Романова

Великая княгиня Е.Ф. Романова

Что касается фильмов о войне, наш актер, режиссер Кирилл Белевич, который пришел в театр, как только окончил Щепкинское, затем ВГИК, поставил спектакли «Женитьба Бальзаминова» и «Горящие письма», которые были в этом году представлены на зарубежных гастролях, и снял несколько успешных фильмов, прошедших по центральному телевидению, по Первому каналу: «Старое ружье», «Единичка», «Крепость Бадабер», «Спасите наши души», где Никита Сергеевич сыграл священника. В многосерийном фильме «Второе зрение» снялось много наших актеров. Так деятельность театра расширилась уже и на кинематограф. Кстати, сейчас стало известно, что фильм Кирилла Белевича «Единичка» показывает отличные результаты в зарубежном прокате: он продан в Японию, Корею, Китай, Польшу, Италию, Великобританию, США (Amazon).

– В прошлом году исполнилось 100 лет со дня убийства царской семьи. А четверть века назад, как мы помним, было время всплеска памяти о дореволюционной России в массовом сознании. Концерты Жанны Бичевской, когда она пела на стихи иеромонаха Романа (Матюшина), вечера Нины Карташовой в Славянском центре, да, выступления Вячеслава Клыкова, спектакли вашего театра «Великая княгиня Е.Ф. Романова (Возвращение)», «За Русь Святую!»… Как сегодня изменилось отношение в обществе к исторической памяти о царской России? Что может сделать ваш театр для сохранения этой памяти?

Т.Г.: Если бы все театры говорили на эту тему, наверное, общество воспиталось бы скорее. Мы все эти годы говорим о любви к царской семье, к государю, к Елисавете Феодоровне. Это золотой фонд России, который мы утратили.

Наш спектакль «Е.Ф. Романова (Возвращение)» – обладатель Гран-при Международного фестиваля «Славянские театральные встречи» (Белоруссия, Гомель, 2011), а также в номинации «Лучшая женская роль» (заслуженная артистка РФ Т. Белевич. – Ред.) – был обновлен в 2008 г. В постановку были включены ранее неизвестные материалы о великой княгине Елисавете.

Никита Сергеевич Астахов и Татьяна Георгиевна Белевич

Никита Сергеевич Астахов и Татьяна Георгиевна Белевич

Сейчас мы чувствуем большой интерес к царственным мученикам и святой преподобномученице великой княгине Елисавете Феодоровне. Гастрольная поездка в Советск и Калининград говорит об этом интересе. Мы побывали в Свято-Елисаветинском монастыре, где нас по-сестрински приняла игумения монастыря матушка Елисавета (Кольцова). Мы имели возможность причаститься в монастыре в день рождения святой преподобномученицы Елисаветы и матушки Елисаветы (Кольцовой) и поздравить матушку с 70-летием. Одна из зрительниц после спектакля в Калининградском драматическом театре сказала: «Я буду всем рассказывать то, что я узнала из спектакля, и хотела бы привести весь свой класс, чтобы они тоже знали».

Хотелось бы, чтобы сейчас больше воцерковлялась молодежь. Это уберегло бы ее от больших искушений, которые идут отовсюду, в том числе через соцсети, куда они постоянно вовлечены.

Недавно в Оптиной пустыни один священник сказал, что надо ценить время, в которое мы живем, когда открыты храмы. А ведь мы помним время, когда приходилось прятать Евангелие, когда мы венчались более 30 лет назад, зная, что документы придут в партком и могут быть серьезные разборки. Но как-то Господь все устроил, все обошлось, и мы смогли организовать театр! И это чудо! Ведь тогда могли возглавить театр только члены КПСС! А Никита Сергеевич уже не был членом КПСС и возглавил театр.

Село Степанчиково, сцена из спектакля

Село Степанчиково, сцена из спектакля

Никита Сергеевич: Сегодня важно возвращение подлинного актера в театр, увлечение зрителя христианским мышлением на сцене. Это очень большая работа, педагогика. Этому надо учить, заинтересовывать людей. Это очень сложно, потому что штампы атеистической советской школы очень крепко живут в актерах и ломать их – неверный путь. Нужно создать другую атмосферу. Мы создали спектакли – это начальный этап. Он потребовал 30 лет. Мне и самому сложно, я же из советской театральной школы. И это не только от таланта зависит, а просто нужно время для осмысления. За пять лет не повернешь сознание после 70 лет атеизма. Думаю, что возрождение русского театра – это возвращение к репертуарному русскому театру.

– Возрождение будет, невзирая на работу разрушителей. Хотелось бы говорить о настоящем театре.

Н.С.: Мы недавно ходили в театр Вахтангова, где режиссер Наталья Ковалева поставила спектакль «Очарованный странник». Потрясающе! Это такая яркая театральная форма, такое блистательное актерское исполнение, такая любовь к Родине! И почему нам все время навязывают разговоры о том, что недостойно нашего внимания. Надо об этом спектакле «Очарованный странник» и других достойных постановках говорить! Не надо говорить о том, что кто-то разделся догола на сцене и куда-то вставил себе розу! Надо говорить о том, какие талантливые люди есть на сцене, как молодежь играет! У нас прекрасный русский театр и на периферии. Нужно просто повернуть взгляд нашей критики, СМИ в сторону положительного и прекрасного, что делается на российском театральном пространстве.

– Насколько правомерны сегодня разговоры о народности, о народе?.. Наш народ пережил такие катаклизмы в XX веке: богоборческую, антирусскую революцию, коллективизацию, самую страшную в истории человечества войну, хрущевскую борьбу с остатками русской деревни и русского духовенства, немыслимое обнищание деревни в постперестроечное время…

Н.С.: Народ останется жить на своей земле, пока он объединен языком и культурой. Одному народу в одно время тяжело, другому – в другое, третий народ между струй проходит – ему хорошо, а четвертому народу всю жизнь трудно. Каждый народ несет свой крест, как и человек. Национальности все равно останутся, как бы ни хотели интернационалисты сделать что-то единое, говорящее на одном языке, серое, пошловатое, усредненное, доведенное до автоматизма и подчиняющееся антибожественной силе.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский писал: «Русский народ встает тогда, когда он видит мировую угрозу». Война с французами началась – русский народ встал, и через полгода врагов не стало, против мирового зла фашизма опять русский народ встал. Сейчас наш народ собирает силы для борьбы с новым мировым злом. И на сопротивление этой угрозе мировой глобализации и уничтожения национальностей, когда будет существовать группа людей, а все остальные будут ее обслуживать, русский народ снова найдет в себе силы. Он уже восстает против пошлости. В народе всегда не любили два слова: пошлость и серость. И сейчас, когда нашу культуру стала разрушать пошлость, народ это сметает. Вся эта антикультура вспыхивает, как фейерверки, и гаснет. А все долгоживущее делают медленно и качественно, отбирая и сохраняя ценные кристаллики.

– Можно ли сегодня, говоря о театре, сказать, что перед ним стоят те же проблемы, о которых писал Островский в XIX веке, обращая взоры русской публики на разрушение театра тогда, 150 лет назад?

Н.С.: Островский выступал с проблемой не элитного театра, а именно театра в целом и русского народа. Гончаров писал Островскому: «После Вас мы можем сказать, что в России действительно есть русский народный театр и его можно назвать театром Островского». Большая благодарность Малому театру во главе с Ю.М. Соломиным, который бережно сохраняет театр Островского. Тогда было время, что простой народ шел в театр и смотрел спектакли на галерке. Сегодня же пытаются создать элитный, западноевропейский, очень дорогой театр, в который будет ходить элита, а мы будем их баловать и показывать то, что им нравится. А нравится им может только то, что связано с человеческой греховностью: блуд, разврат, пошлость.

– Предоставлять услуги.

Н.С.: Культура предоставляет услуги, так теперь считается, к сожалению, на официальном уровне. Да, как в прачечной. Хотя, конечно, и в прачечной происходит борьба с грязью за чистоту. Но все-таки не надо путать материальное с духовным. Сегодня ставят спектакли, фильмы некоторых модернистов на западный вседозволенный манер, на которые родители стесняются приводить своих детей, да и сами с возмущением уходят. Это не имеет отношения к народному искусству. Потому что надо не баловством заниматься в культуре, а идти в глубину, к человеческим слезам, к переживаниям, к радостям. Мы должны относиться к зрителю, как к своим родным, как к своим детям. Сегодня необходимо следить за нравственностью в культуре. Если какой-то художник в театре или в кино развращает людей, не давайте ему денег! Поддерживайте здоровые силы! Конечно, и мы вот уже 30 лет ждем поддержки. Помещения своего нет. Как может развиваться театр? Уже становится забавным, как в 30-летие театра и в Год театра, объявленного президентом, будут развиваться для нас события. Неужели опять умолчание?

Это Сам Христос-малютка

Это Сам Христос-малютка

– Какие-то изменения произошли в культурной политике?

Н.С.: Мы – государственное бюджетное учреждение в ведомстве Департамента культуры Москвы. К нам пришли из Министерства культуры РФ. Увидели – понравилось! Решили отправить на фестиваль в Таганрог. Успех! Отправили во Францию, Германию, Польшу, Сербию. Успех! Значит, Русский духовный театр «ГЛАС» востребован, полезен и успешен! Нас называли «народной дипломатией».

Есть интерес к нашему театру у народа. К нам обращаются с просьбой дать методички, чтобы создать похожие театры. Как сказал один депутат лет 25 назад: «Вы обречены на успех!» Я уверен, что именно такой театр будет процветать в России в скором будущем.

– Об этом мечтал и Василий Шукшин, чье 90-летие будем отмечать в 2019 г. Вы снимались в фильме «Печки-лавочки», в вашем театре поставлены две пьесы по его произведениям. Каково ваше личное отношение к этому поистине любимому народом писателю и актеру? Почему сегодня шукшинское наследие необходимо доносить до современного зрителя?

Н.С.: Когда мы поехали на съемки на Алтай, я многое узнал там. И то, что у Василия Макаровича было на родине много недругов. Над ним смеялись: мол, деревенщина, есть высокое кино, а то, что он снимает, никому не нужно. Доходило до того, что даже лошадей на съемку не давали местные власти. И нас обрабатывали на эту тему. Я тогда удивился, потому что мы в институте играли отрывки из его рассказов. Потом я увидел, с какой заботой Шукшин относится к актерам, а ведь у него была язва, и он терпел постоянные боли, но не раздражался. Я не отходил от камеры, смотрел, как он работает, и понял тогда, что, если моя жизнь сложится в театре таким образом, что от меня будет зависеть репертуар, я обязательно поставлю спектакль по рассказам Шукшина. Дал себе слово. У нас в театре идут два спектакля по Шукшину «Живы будем, не помрем!» (Шукшин в деревне) и «Ванька, не зевай!» (Шукшин в городе), и мы их сохраняем. Я вижу, как это близко народу – и в столице, и повсюду, куда мы приезжаем с гастролями. А как нас принимают за рубежом! Восторг!

Одну журналистку, которая пришла к нам в театр, я спросил: «Почему вы не напишете о спектаклях по Шукшину? «Ванька, не зевай!» – это вообще была мечта Василия Макаровича напечатать сборник рассказов с таким названием – с предупреждением о страшной бездуховности, которая может обрушиться на Россию». А она говорит: «Нет, не буду. Это отработанный материал». – «Как отработанный материал!?» – «Это никому не нужно». – «Как никому не нужно?» А теперь и из школьной программы по литературе убрали Шукшина! Вот это да!

– Тогда можно сказать, что и любовь, и совесть, и историческая память – отработанный материал. У Шукшина все – об этом.

Н.С.: Да мы все помрем, нас забудут, а Шукшин будет жить! Его не забудут. Почему? Потому что он пишет о болевой точке народа. Шукшин еще в середине прошлого века говорил о наших днях: «Это все равно что выделывать кренделя, когда народу больно». Именно сегодня многие артисты пытаются развлечь народ, когда ему больно, тогда как ему нужно исцеление.

Раньше цензура как-то сжимала этот поток «культурного разлива». Он сжимался и становился сильнее. А сейчас нет сдерживающей силы, и все разливается, разваливается и превращается в стоячую воду, в болото. Псевдокультура – стоячая вода.

Женитьба, сцена из спектакля

Женитьба, сцена из спектакля

– Есть ли сегодня драматургия, без которой невозможно существование театра? Кто пишет для современного театра?

Н.С.: Это прежде всего классика, без которой невозможно воспитать поколения. Для нашего театра большую часть пьес или инсценировок мы с Татьяной Георгиевной писали сами. Но в основе всего этого лежат замечательные литературные произведения и публицистика. Это постановки «Светлое Воскресение», «Это Сам Христос-малютка», «Раб Божий Николай» по Н.В. Гоголю, «За Русь Святую!», «Черная книга (Московская легенда)», «Великая княгиня Е.Ф. Романова (Возвращение)», «Спасибо деду за Победу!», «Корсунская легенда (Похвала Владимиру)», «Дитя души» и др. Также пьесы М. Лермонтова, П. Гнедича, В. Крупина, А. Кононова.

– Состояние нашей культуры напрямую связано с экологическими проблемами мировых масштабов. Мы еще не осознали в полной мере, что означает гибель русской деревни, которая давала стране воина и поэта, кормила родину. Об этом пытались докричаться все наши писатели-почвенники. Какие спектакли ваш театр ставит на тему русской деревни?

Н.С.: Недавно состоялась премьера спектакля «Русский крест» по одноименной поэме нашего современника Николая Мельникова (06.03.1966 – 24.05.2006). Он был духовным чадом старца Илия. Мы с Татьяной Георгиевной поехали к старцу в Оптину пустынь, и он благословил поставить эту поэму.

Слова старца Илия о «Русском кресте»: «В минувший трагический век Господь дал народу нашему тяжкое испытание. Из него вынесли веру даже те, кто от рождения о ней не слыхивал ни от родителей, ни от дедов своих. Жажда чистоты душевной побуждает молодежь искать веры в Бога, а старшее поколение, на памяти которого все ужасы безверия, и убеждать не надо. Эта дорога поисков силы и смысла жизни изложена в замечательной поэме «Русский крест», написанной светлым и певучим языком. И не следует рассматривать эту поэму как историю жизни русской деревни. Это жизнь всех нас, погибающих в безверии, и из руин возрождающихся…»

Вот строки из этой поэмы:
Родина! Слышишь ты нас? Помоги!
Мы тебе все отдали…
Мы брошены здесь – поглядите на нас,
Поймите же все, кто может:
Погибнет деревня – приходит час,
Но вы – погибнете тоже.
Если теперь не желает страна
Тяжкий наш труд уважить,
Значит, деревня ей не нужна –
Нужна земля на продажу…

Беседовала Ирина Ушакова

Комментарии закрыты